Даже после смерти моих родителей я смогла выкарабкаться самостоятельно. Хотя кого я обманываю, любой начинающий психотерапевт сможет без труда определить у меня ОКР и гиперконтроль, но мне кажется, что я отделалась малой кровью. Благодаря Лилиан и Фабио. Не знаю, почему мне так повезло, можно сказать, что судьба была ко мне благосклонна, подарив таких любящих приемных родителей. Оставшись без семьи в пять лет, я отчаянно желала почувствовать снова ту привязанность и чувство безопасности, которые жизненно необходимы ребенку. А Лилиан и Фабио готовы были дать мне всё это. Они не могли иметь своих детей, но я никогда не чувствовала себя чужой с ними. Я не сразу стала называть их мамой и папой, а они и не настаивали на этом.

В мой десятый день рождения мы поехали в Диснейленд. День был просто чудесный, в меру теплый и солнечный. Я мечтала посетить замок принцессы, а в качестве подарка попросила большой набор канцелярии на выбор – розовые бархатные блокнотики в виде сумочек, всевозможные ручки с помпонами, фломастеры, карандаши, папки с блёстками. День прошел именно так, как я хотела – вдоволь накатавшись на аттракционах и сделав покупки, мы гуляли по центральной улице парка, когда я заметила палатку с карамелизованными яблоками. Помню, что мне очень захотелось попробовать одно, и на радостях я выпалила:

– Мам, можно в качестве десерта сегодня будет волшебное яблоко?

Я повернулась к родителям, но они оба смотрели на меня удивленными глазами, в которых стояли слезы. В тот момент я даже не поняла, что такого сделала.

– Мам, пап, так можно или нет? – еще раз с улыбкой предвкушения спросила я.

Лилиан сморгнула слезы и взяв меня за руку, бодро направилась к палатке.

– Конечно, дочка.

С тех пор я больше никогда не звала их по имени. Боль утраты постепенно ослабевала, и мое сердце было открыто для любви. Не знаю, сколько проходит времени, но в итоге я засыпаю, убаюканная приятными воспоминаниями из детства.

***

Утром, как только я сажусь в поезд, заказываю себе чашку кофе и открываю дневник там, где остановилась.

"11 декабря 1870 года

Проводить время с любимым – самый драгоценный дар. Однако я замечаю, что его что-то тревожит, он стал таким тихим и отстраненным. Я приняла решение отвезти портрет в Нормандию, к его родителям. Одной мне не справиться."

"15 января 1871 года

Семья Дэниэля приняла меня достаточно сдержанно, но позволила остановиться у них в поместье в качестве гостьи. Я привезла им портрет Дэниэля, решив посмотреть, не произойдет ли нечто необычное. Но ни его отец, ни его мать не переместились в картину, хотя оба так или иначе касались полотна. Я не рассказала им свою тайну, лишь наблюдала. Дэниэль всё больше замыкается в себе. Он почти не разговаривает со мной. Я вижу, что он очень расстроен оттого, что не смог увидеться с родными.