– Стейси, – голос папы серьезен. – Мы с твоими родителями были близкими друзьями. И у нас есть веская причина, по которой мы ничего не говорили тебе о Матильде…

– Твоя мама нас об этом попросила… – перебивает его моя приемная мать. – У них с Матильдой произошла какая-то размолвка. Линда даже говорила, что та казалась ей помешанной, что она вступила в какую-то секту, и все время просила привезти тебя в Нормандию. Говорила, что ты нужна для какого-то ритуала и прочие бредни… Твоя мама очень за тебя боялась… Та авария…

– Лилиан! – отец предостерегающе смотрит на нее.

– Она должна знать. Та авария, в которой они погибли… – мама всхлипывает. – Ты была в тот вечер со своей няней, а Линда и Том отправились в ресторан, чтобы отпраздновать годовщину знакомства. Но во время ужина им позвонила Матильда и сообщила, что она в Париже и хочет встретиться с тобой. Они так спешили домой… что не заметили грузовик, который ехал прямо на них. Детка, они так любили тебя и друг друга, это страшная трагедия.

Я пытаюсь оправиться от потрясения. Если бы не приезд Матильды, мама с папой были бы живы… Но, в душе я понимаю, что здесь нет ее вины. Есть нечто важное, что она знает. И это что-то зависит от меня.

– Что именно хотела от меня Матильда?

– Это всё деревенские суеверия, – снова вступает в разговор папа. – Когда ты родилась, твои родители составили завещание, в котором назначили нас твоими опекунами, если вдруг с ними что-то случится. Мы были удивлены, ведь знали о том, что у тебя есть родственники. Тогда твоя мама сказала, что не хочет, чтобы ты была хоть как-то связана с Матильдой, потому что та находилась явно не в себе. И мы убедились в этом, когда встретились с ней в больнице после аварии. Так как мы стали официальными опекунами, то запретили ей приближаться к тебе, как того хотела Линда.

Она сказала мне, что звонила вам. Спрашивала про меня.

– Это правда! – отвечает мама. – Она несколько раз звонила нам и хотела связаться с тобой, но я не давала ей такой возможности. Лишь говорила, что у тебя все хорошо, что ты счастлива и занимаешься любимым делом. Не понимаю, как она нашла тебя?

– Не думаю, что это очень сложно в наш век технологий… – я залпом допиваю бокал и с громким стуком ставлю его на стол.

Никто из нас не ест и почти не двигается.

– Почему ты уехала, Стейси? Матильда сделала что-то странное, втянула тебя во что-то?

Мне хочется ответить, что так оно и было. Что я втянута в странную историю, которая не поддается никакому логическому объяснению. Но что, если это моя судьба? Очевидно моя родная мама хотела уберечь меня от всей этой мистики, в которую не верила сама. Но быть может я была втянута во все это еще до своего рождения? На кону стоит нечто большее, чем мои личные проблемы и обиды. Душа Дэниэля не может обрести покой, и пусть он и солгал мне, я должна дать ему шанс объясниться. Как дала его сейчас своим родителям. Как дам его Матильде, когда дочитаю дневник. Дневник! Пускай мне страшно, но я понимаю, что все началось задолго до моего знакомства с Дэниэлем. Я вскакиваю из-за стола, так и не притронувшись к еде.