За всё это время у меня был всего один выходной, который я тупо использовал для пассивного отдыха, ничего не делая.

Каждый вечер Анна Как обещала докладов мне не делает. В лучшем случае — через два на третий. Но этого достаточно, чтобы держать меня в курсе наших дел.

В Калуге практически нет никаких неожиданностей. Наши заведения работают и регулярно приносят копеечку. Вильям наконец-то купил соседнюю городскую усадьбу и уже готовится начать там ремонт, а Савва расширяет свою торговлю.

Матвей Филиппович выполнил своё обещание и через две недели начал помогать Анне на всю катушку.

С делами Анны он разобрался, и результат меня просто ошеломил; да и она сама, похоже, не ожидала такого.

Из дела он вывел ровно двести тысяч рублей, естественно, серебром, которыми Анна распорядилась, как и намечала.

В прежнем обороте осталось в два раза больше, но Анна оговорила, что эти деньги участвуют только в зерновых операциях. Это беспроигрышно: риска никакого, всё налажено и известно. Конечно, прибыль достаточно маленькая: от пяти до десяти процентов, не больше.

В год это будет приносить нам от двадцати до сорока тысяч рублей серебром, которые мы пока решили класть на валютный счет.

Сто тысяч, которые у Анны всегда под рукой, долго нетронутыми не пролежали. То, что было привезено из Москвы, быстро ушло в дело. Выручка наших калужских предприятий тоже сразу же уходит в оборот. И Анне пришлось брать деньги из этих ста тысяч. А иначе всё бы остановилось.

Возможно, эти деньги и лежали бы нетронутыми, но Анна решила воплотить в жизнь мою идею, пришедшую мне в голову на Тороповской мельнице, — элеватор.

Элеваторов ещё нигде в мире нет; первый будет построен через год в США. Но наш будет вторым, причём сразу же металлическим.

Это совсем не то, что построят Джозеф Дар и Роберт Данбар в Буффало под Нью-Йорком. У них — кожаный вертикальный ленточный конвейер с ковшами, вычерпывавший рыхлое зерно из трюмов кораблей и поднимавший его на вершину элеватора. Мы же будем засыпать зерно с телег, затем досушивать его и хранить или пускать в переработку. Но главное отличие нашего проекта в том, что он почти полностью будет металлическим.

Я уверен, что эта идея прокатит. Анна согласна со мной и хочет построить и запустить его уже в предстоящую уборочную. Даже если нам не удастся построить паровую машину и переоборудовать мельницу для круглогодичной работы, простое доведение зерна до кондиции и его хранение уже будет нам выгодно.

Матвей Филиппович действительно оказался для Анны палочкой-выручалочкой. Тайну его преданности моя супруга давно узнала.