— Я бы даже сказал — очень непросто, — соглашаюсь с ним, — но и по деньгам выходит куда как больше, чем на прежнем месте. Оклад невелик, это я вам сразу говорю — сто долларов в неделю для такой работы не бог весть какая сумма. К окладу прилагается служебное жильё с оплачиваемой мной прислугой, и служебный автомобиль. Понадобится что-то ещё — скажете. Вас ничего не должно отвлекать от работы, по результатам которой будут премии. Суммы… разные, в зависимости от результатов. Скажу сразу — четыре ноля не предел.
— Даже так? — Приятно удивился Конрад.
— Только так! Для лучшего понимания скажу, что ваши премии напрямую зависят от нескольких вещей. Прямого дохода киностудии, её перспектив и разумеется — вашего личного участия в тушении пожаров и налаживании рабочего процесса.
— Пожалуй… задумчиво говорит он, — возьмусь.
— Ещё бы ты не взялся, — мелькает язвительная мысль, — в хостелах тебе делать больше нечего. Я не я буду, если на нужным местах не сидит как минимум полдюжины советских агентов. Ну идеальная же возможность для внедрения своих людей, идеальная!
— А возможность внедрения в кинобизнес? Да ему за такое орден дадут и в жопку расцелуют! Актёрская среда дело такое, что никого не удивят связи как с конгрессменами, так и с мафиози. Идеальное прикрытие для резидента! И если человек умён… а Маневич дааалеко не дурак… то работать он будет не за страх, а за совесть. Не только как резидент, но и как пожарный, хе-хе! Никаких ведь подозрений быть не должно… так что не удивлюсь, если советские разведчики возьмутся за устранение моих конкурентов!
— Интересно, — ещё раз сказал он, зайдя на съёмочную площадку.
Я проследил за его взглядом и упёрся в обтянутую трико попку одной из актрис.
— Эта устраивает?
— Что, простите?
— Понадобится что-то ещё… — он вспоминает недавний разговор и отмахивается немного зло.
— Если мне понадобится… аа! Подловили!
— Подловил. Но если понадобится… думаю, у вас нет мыслей о чистоте и непорочности этих дев?
— Гм… супругу в этой среде, я так полагаю, лучше не искать?
— Правильно полагаете, Конрад. Есть, конечно, исключения, и немало… — вспоминаю Грету, настроение делается минорным. Что за хрень⁈ Я ведь Дженни люблю! — Но даже если дева и будет невинной телесно, то невинной душевно — очень, очень редко.
— Наркомания и алкоголизм[6], — бормочет Конрад, уже другими глазами глядя на съёмку танцевального фильма с обилием голых ножек.
— И это одна из ваших задач, друг мой! — Хлопаю его по плечу, — держать как-то это буйную и истеричную публику в узде. Не в ущерб творческому процессу!