Ронго выругался. Владыка Гор свидетель, он пытался! Он пытался вразумить этого идиота!
Рабочие расступились от тележки, освобождая пространство в центре зала, а надсмотрщики на верхних уровнях бормотали приказы, веля рабам подойти ближе и смотреть. Начальник Шакир тащил за собой сопротивляющегося мужчину. Шакир утверждал, что он Чистокровный, но никто ему не верил, и не из-за тёмной кожи. Мужчина не был обычным; он однажды небрежно вздёрнул Ронго в воздух за шею. Но у него не было такого же телосложения, как у завоевателей, ему не хватало их массивности, а кожа его была тёмной по сравнению с их бледным оттенком. Он был ублюдком, воплощавшим жестокость своих предков.
Надсмотрщик держал в руке недавнее пополнение, путника из далёкой страны. Ронго и Майреад застали его молящимся своему богу ночью, и они усадили дурака, объяснив, что это одно из немногих нарушений, за которое Шакир мог покалечить или убить. Дурак был слабоволен, и они пытались укрыть слабую кровь, давая ему задания подальше от пытливых глаз Шакира, ведь товарищество было способом выжить здесь. Но, очевидно, идиот на этот раз произнёс молитву не в том месте.
— Сколько раз? — весело спросил Шакир, ткнув концом электрошоковой дубинки мужчине под рёбра. Ронго услышал трескучий разряд, прожёгший дыру в комбинезоне мужчины. Раб взвыл от боли, содрогаясь от разряда электричества, жестоко сотрясшего его органы. На коже проступил чёрный ожог. — Нет богов в этом мире, кроме Неба!
Ещё один удар в живот, и раб изверг рвоту прямо в лицо надсмотрщику. Шакир выругался и отпустил хватку, вытирая грязь с маски. Тяжёлый пинок вернул ползущего мужчину на ноги.
— Нет спасения, нет побега, нет пощады! — Рука надсмотрщика сомкнулась на шее раба, и ещё два выпада оставили ожоги на его коленях. — Вбей это в свой тупой череп! Теперь вы принадлежите нам! Позолоченная Орда владеет вами, а Небо правит вашими душами! Ваши немощные правители не смогли вас защитить; ваши жалкие демоны раздавлены под стопой единственного истинного бога, и в этом теперь ваше существование! — Шакир кольнул рыдающего мужчиной по разу в каждую руку, улыбаясь его мучительным конвульсиям. — Отныне и навеки!
— Святая Меча Бертруда настаивает на встрече с вами, — объявил Марко, входя в палатку Джанин.
Джанин отложила терминал и медленно выдохнула. Её раны давно зажили, но Максенс надавил на высшее командование, чтобы ей дали полных пять дней отпуска на восстановление. Ей! Будто она детёныш! А теперь у неё под палаткой стояли военные полицейские, сопровождая её повсюду, включая походы поесть или справить нужду. Капитан Кристобо лично допрашивал её насчёт дуэли с проклятой Святой Меча, предупредив, что не потерпит мести.