«Полу… кровки».
Я не стала соединять их в предложение.
Слова находились рядом, но рядом в старой записи могло означать одну фразу, соседние параграфы или вообще разные слои. Средний тон запинался в том же месте, однако этого было недостаточно, чтобы объявить подмену. Я попробовала еще раз услышать порядок и получила только резкий холод под пальцами.
На этом следовало остановиться.
Я убрала руку.
Гул не исчез сразу. Нижний слой оборвался первым. Средний еще немного дребезжал в висках. Верхний ушел последним, оставив после себя обычную тишину комнаты.
Пальцы сводило, у основания большого пальца появилась тонкая темная полоса. Не ожог, но предупреждение получилось вполне понятным.
Я вернулась к столу и записала только то, что действительно услышала.
Три слоя разного возраста. Верхний использует нынешний ритм академических формулировок. Средний содержит несколько неровных стыков. Нижний является основой. Отдельные слова: «равный», «доступ», «полукровки». Порядок и связь не установлены. Авторство слоев неизвестно.
Ниже я начала писать вывод, потом поняла, что это только мои домыслы и зачеркнула.
У меня пока не было вывода. Пока было только направление.
Если похожая запись проходила через весь первоначальный контур академии, одной стены было мало. Нужен участок, где основание сохранилось чище, и нужен был человек, который сумеет удержать меня у верхнего края, когда дар потянется глубже.
Кейлан подходил под обе части этого неприятного требования.
Я уже собиралась закрыть тетрадь, когда заметила листок под дверью.
Кто-то подсунул его, пока я слушала стену. Обычный бланк расписания, мое имя, номер комнаты. Внизу появилась дополнительная строка, написанная темными чернилами и четким почерком без наклона.
«Внеплановое занятие. Малый зал. 23:00».
Ни подписи, ни объяснений.
Я посмотрела на темную полосу у основания большого пальца, потом на дверь.
Кейлан либо слишком хорошо умел предугадывать мои ошибки, либо академия сообщала ему о них быстрее, чем мне бы хотелось.
ГЛАВА 11
Ночные уроки
Элара
✦
Малый зал прятался в северном крыле, в конце коридора, куда обычное академическое любопытство добиралось редко. Светильник у последнего поворота мигал так, словно уже подал прошение об отставке и теперь ждал решения ректората. Дальше начиналась тень, потом дверь без таблички и узкая полоска света у порога.
Я знала это помещение по общей карте. Здесь проводили занятия с повышенной нагрузкой, испытания защитных контуров и все остальные работы, после которых преподавателю не хотелось объяснять соседям, почему у них дрожали стекла. Двойная кладка гасила звук, а внутренний контур не выпускал случайные всплески наружу. Для тайного урока место было почти идеальным. Для тайного разговора, вероятно, тоже.