Глава 9
Сила пришла не сверху и ни с какой-то стороны. Отовсюду сразу, как ложится на ныряльщика глубина. Вода в бухте не изменилась, ветер не изменился, но дышать стало тяжелее, и я на рефлексах убрал Единый вглубь, как отдергивают руку от огня.
Моя маскировка Единым работала потому, что Единый был энергией, не воспринимаемой теми, кто им не обладал. Ну по крайней мере, до стадии Создания Мира, потому что там уже Эфир, Падма и Дюй достигали такой плотности, что могли сравниться с Единым.
По сути, накладывая на себя кокон Единого, я просто исчезал: на моем месте читалась пустота. Однако стоило мне начать использовать его для чего бы то ни было, и маскировка ломалась.
Это не значило, что смотрящий вдруг начинал ощущать Единый. Но на Зарождении Звезды чувствительность к энергии уже достигала достаточного уровня, чтобы в подробностях определять свойства моего Единого по изменениям в мире.
Течение окружающей энергии, давление ауры, ощущение надвигающейся угрозы — всего этого было более чем достаточно, чтобы в точности понять, что я делаю. Это было все равно как облить невидимку краской: его ты все еще не видишь, но по движению краски можешь прекрасно понять, что он делает.
И поэтому же Единый был такой приметной энергией. Сложно не понять, что что-то не так, когда тебя атаковала «невидимая» сила. Я мог замаскировать Единый Эфиром, натянуть на невидимку «костюм» обычного человека, как сделал, например, в бою против советника Коллегии — Вихря восьми Кругов.
Но когда бой слишком напряженный, тратить силы на маскировку становится невозможно. И разумеется, маскировка сама по себе отнимала часть сил, так что в «мирное время», не ожидая кого-то постороннего рядом, я ее не использовал.
Благо навык сокрытия у меня был уже отработан до абсолюта. Обнаружить мой Единый снаружи, пока я его не выпускал, можно лишь, если оппонент использует что-то вроде «агрессивного восприятия», намеренно и с полным использованием эффекта неожиданности вклинившись своей энергией в мое тело.
Сейчас этого не было, присутствовало лишь давление. Вирр за моей спиной поднялся на подрагивающие лапы: он был готов вступить в бой с любым врагом. Агата, уже бывшая лисой, спряталась ему под брюхо, Тея присоединилась к ней. Вирр по связи спросил, будем ли мы драться. Я покачал головой. Сейчас драться совершенно бессмысленно.
Пределом того, что водилось на Орле-Мирном, была Звезда. Я ощутил эту энергию однажды, когда прилетел в Облачный с Орла-Мирного-3. Старший советник находился в том же здании и, кажется, по какому-то поводу разозлился, из-за чего его аура на мгновение затянула все вокруг.