Впрочем, судить ее я не собирался. Троих пленных нес телекинезом, связкой, а Вера несла тело ученого на плече. Олег, встретив нас над холмами, молча развернулся к упавшему катеру: за ящиком и бортовым журналом.
Наш транспорт Злата уже перегнала к причалам, и у трапа шла погрузка. Пленных забирал отряд, но до нашей станции шли только продавец, его Звезда и трое из охраны ученого. Покупателей, их охрану и прочих людей продавца по пути принимала станция Империи. Товар Денис переписывал в опись при свете фонаря, ящик за ящиком.
Илья ждал у трапа.
Я опустил связку на землю у его ног. Вера положила тело рядом со связкой.
— Что выяснили? — спросил Илья ледяным тоном.
— Ученый назвал координаты лаборатории: безымянная система, номер по каталогу. — Я назвал его. — После этого его убила Вера. Клятвы на нем почему-то не оказалось, поэтому он и заговорил.
Врал складно, и это мне самому очень не нравилось. Но правда стоила бы дороже.
— Ты? — спросил Илья Веру.
— Я.
Он посмотрел на тело, на разорванное горло, потом на нее и ничего ей не сказал.
— Не оказалось клятвы? — повторил он мне.
— Не оказалось.
— Ну допустим…
Он велел Денису вписать данные от трупа отдельной строкой и отошел к рубке, где Злата уже готовила корабль к взлету. Вряд ли поверил, но допытываться не стал, возможно, потому, что координаты лаборатории были ему дороже.
Олег вернулся с катера с длинным ящиком на плече и бортовым журналом под мышкой: в ящике лежали запечатанные образцы товара. Вихрь и оба Туманности очнулись уже в кандалах, но они на все вопросы Дениса отвечали тем же, чем отвечали все пленные члены синдиката до них. Молчанием.
Дни обратного пути прошли без происшествий, и троих из охраны ученого теперь уводили в камеры мимо нас. Вирр вышел из трюма следом и лег у стены дока. В этот раз ему почти не досталось работы, и он был этим очень недоволен.
Ядро собралось за тем же столом, что и перед вылетом. Илья встал у стены, руки за спиной.
— Первое. — Григорий положил опись на стол. — Вы отправили двоих против Вихря и двух Туманностей, когда у вас под рукой было шесть бойцов, включая две Звезды, на кучу швали. Второе. Отправили не кого-то, а новичка и неуравновешенную! И третье. Прикончили свидетеля, знавшего лабораторию изнутри, а также единственного за все годы человека из синдиката без клятвы на языке.
Во многом он был прав, конечно. Хотя мне не понравилось, что он назвал Веру неуравновешенной. Впрочем, тут тоже сложно было спорить, если уж откровенно.
— Координаты лаборатории у нас есть, — сказал Илья, помолчав.