На звук подошёл Морок, с которого невидимость слетела в процессе сбора трофеев. В неверном, колеблющемся пламени свечи его удалось разглядеть в первый раз. Обычный парень. Все среднее, ничего примечательного или яркого. Человек незаметный. Вор, одним словом. Ник — Морок, что почему-то удивило.
— Спасибо, Шерлок. Я тут на годы вперёд затарился. Знал бы заранее, купил бы пространственный карман. Теперь ночами спать не буду, в сожалениях о том, что здесь придётся столько всего оставить. Тут на миллионы червонцев. Да куда там. Больше. Много больше. Как же нам повезло.
Что произошло дальше, оба они заметить не смогли, но результат ощутили. Обоих опрокинуло на пол и прижало к нему какой-то решёткой. Должно быть — упавшей сверху. Сам металл решётки сразу стал светиться, выдавая серьёзную магию.
Шерлок всё же в процессе падения успел извернуться, бросил всёе, что держал в руках, и достал из кармана свиток Афони. Печать сломал он уже тогда, когда лежал на полу.
— Держись за меня. Свиток!
— Пробую, но придавило, как лягушку танком.
Шерлок в ожидании замер, но свиток в руке рассыпался в пыль, вспышку от него каким-то образом поглотила решётка. Даже до стен комнаты свет вспышки не добрался. Свечка, поставленная в подсвечник на бюро, всё ещё светила, но уже было понятно, что взломщикам уже ничего не светит.
Не имея возможности даже пошевелиться, они в самом деле напоминали лягушек на столе начинающих хирургов, естествоиспытателей или садистов. О садистах мысль посетила обоих. В таких пристрастиях князя никто не подозревал, но ведь можно и нанять профи для такого случая.
Пытки, допросы и всё в этом роде. Что делать? Нет не так. Как что-то делать, если нет возможности пошевелиться? Постепенно до обоих дошла серьёзность ситуации. Они во дворце, не просто во дворце, а во владениях второго по значимости человека в Империи. Как минимум, из первой десятки. Принц, Императрица… Кто там ещё? Апулей?
Шерлок лежал и перебирал в голове варианты. Ни один из них даже тени надежды не оставлял. Решение о взломе и проникновении он принял сам. Ни Андрон, ни Марк, ни Апулей об этой акции не знали и не одобряли её. О заговоре никто не знает, а те, кто о его существовании знают или подозревают, будут молчать.
Да и, по сути, ведь никому даже нельзя раскрыть эти подозрения. Это даже навредит. Доказать ничего нельзя, а то, что в результате таких обвинений князь будет предупреждён о том, что его подозревают, не порадует тех, кто пытается добиться разоблачения предателей.
— Я один! Помощи не будет. Я попал. Каторга на годы… Дерьмо!!!