— Это заказчик! Ивановым кличут. Самый щедрый из всех и заказ от него очень денежный. Батя все дела отложил и только этим занимается. Цепи эти, арбалеты странные, коробки для цепей. Якоря. Зачем это всё, никто у нас не понимает, ни сам батя, ни его подмастерья. Но за такие деньги можно хоть что угодно сделать. А аванс какой. Десять тысяч.
— Заливаешь ты что-то. Цепь с якорем в коробке? Да ещё и арбалет в придачу?
— Клянусь! И не один, а полсотни одинаковых. Это ещё не всё. Заодно и чертежи на всё это мы ему продаём. Заработаем!!! Батя хочет кузню расширять и соседний участок купить. Мы теперь вообще богатые будем. А про гномов ещё расскажите. Говорят, что они все работают без отдыха целыми сутками, а потом пивом заливаются.
— Врут. Полдня работают, потом развлекаются. Видел бы ты, какие они там праздники устраивают. Веселиться гномы умеют ещё лучше, чем работать. Слушай, малец, а ты нам эти арбалеты показать можешь? Для чего они такие странные?
— Батя не знает, но ему и всё равно. Главное деньги хорошие платят, причём вперёд почти всю сумму. Когда и где такое было? А я думаю, что этот странный господин Иванов на самом деле вор. Коробкой можно стрелять из арбалета и цепь в полёте размотается.
Якорь зацепится за что-нибудь и по цепи можно будет забраться в чужой дом. Так можно через забытое открытое окно влезть или через слуховое на чердак. Или ещё как… А хотите, я вам продам один арбалет? Это первый неудачный образец. Из него стрелять не получится ничем. Батя велел его разобрать и никому не показывать, а я попробовал сам доделать и припрятал. Вдруг пригодится.
— Ну да. Верю… Сама такая… Поленился и сунул куда подальше с глаз долой, а отец забыл.
— Вам-то что за дело? Мало мне отца, который вечно всем недоволен. Покупаете?
— Дам золотой! Кому нужна железяка, от которой пользы нет?
— Десять!
— Три!
— По рукам! Сейчас принесу, Он во дворе в куче мусора.
— Так ты мне мусор за три червонца продал? Пух, дай ему по шее.
— За что? У вас же честная сделка.
— Ладно, я добрая, но ты малолетка этот арбалет отнесёшь в дом мага Афанасия, что возле трактира «Страж»
— Туда я точно не сунусь и за сотню червонцев. У дверей могу положить. Не украдут. Дураков у Афанасия воровать нет. Даже стучать в его двери опасно, я пробовал. До сих пор снится.
— Уговорил, оставь у дверей, на тебе три червонца и вали, пока нас вместе не увидели. Пух, смотри, Иванов уже выходит.
Пух было обрадовался в надежде, что дело опять дойдёт до поцелуев, но объект наблюдения на них внимания не обратил и сразу пошёл в противоположную сторону. Лизка — за ним. Сыщики взяли след и преследование довело их до тюрьмы. В смысле — до здания тюрьмы.