— Думаю пока: артемизинин в воде почти не растворяется. А если сделать водорастворимую форму, то в тяжелых случаях можно будет его и внутривенно использовать… но я пока именно думаю.

— Хорошо, думай дальше. Если тебе вдруг что-то потребуется, из оборудования или просто поесть чего-то вкусного и экзотического…

— Спасибо, буду иметь это в виду…

Иосиф Виссарионович, выслушав рассказ Лаврентия Павловича, заметил:

— Повезло нам, что у парня такая память… странная. Одно то, что он рассказал про углекислый газ… ведь теперь получать тот же кофеин в чистом виде обходится впятеро дешевле, а то, что из кок-сагыза каучук теперь выделяется более качественный и получается его процентов на десять больше, чем раньше…

— Это верно, но у него вроде мозги в норму уже приходят. И он это и сам, кстати, понимает: все, что где-то запомнил, записывает и, что особенно важно, записки свои передает тем, кто из них может что-то полезное извлечь. Недавно в ВИАМ принес написанный им справочник по сплавам, так там народ от счастья аж до потолка подпрыгивает! Только по материалам для реактивных двигателей он столько интересного в справочнике своем записал… товарищ Люлька, прочитав написанное, сказал, что если там не особо сильно наврали, то он через год мотор построит с тягой тонн в пять, если не больше. Правда, в ВИАМе так и не поняли, откуда дровишки… то есть никто и не слышал, что у немцев именно этими вопросами кто-то занимался. А если кто-то и занимался, то непонятно, почему сами они моторы реактивные такие… средненькие делали. Но если эта же информация ушла к американцам…

— У них пока вроде по бомбардировщикам заметных прорывов не замечено.

— Я о другом: товарищ Надирадзе в этом справочнике тоже очень много интересного нашел, а еще ему по почте другой документ кто-то прислал, там составы интересных порохов описаны были. Но того, кто это письмо ему отправил, товарищ Абакумов найти не смог…

— Думаешь…

— Практически убежден. Но доказательств-то ни малейших… впрочем, Абакумов руки не опускает, так что пока просто будем ждать результатов. И пользоваться тем, что получили.

Двадцатого октября было принято постановление Совмина СССР и ЦК партии, которое чуть позже, как помнил Алексей, назовут «Сталинским планом преобразования природы». И почему-то он, узнав об этом постановлении, сразу вспомнил о страшных засухах девяносто восьмого- девяносто девятого годов и «сельскохозяйственный кошмар» десятого, когда в довесок к засухе еще и нашествие саранчи произошло. И вместе с этим вспомнил и про тех, кто сталинский план сорвал. Причем первым на память пришло имя вовсе не Никиты Сергеевича…