Младший полицейский что-то записал в блокнот. Они перекинулись парой фраз, ещё раз окинули взглядом помещение, их взгляды прошлись по нам, но не задержались, и, развернувшись, они направились к выходу. Через мгновение снова зарокотал мотор, и звук стал удаляться, растворяясь в этом вечере.

Мы выдохнули. Но не успели мы переглянуться, как бармен уже подошёл к нашему столику. Он поставил передо мной свежий кокос, который я даже не успел заказать.

— Мистер, — тихо, но очень внятно сказал он. — Айм сейв ю. Бат нид гоу эвей. Нау.

Он говорил это без улыбки. Он спас нас от вопросов ментов, которых, скорее всего, прислали побитые трансы, но его бар больше не был для нас безопасным местом.

Ну, гоу эвей так гоу эвей. Мы допили свои напитки — я кокос, Ира остатки синего коктейля — и вышли на улицу. Часы показывали всего лишь полседьмого вечера, но в Тае ночь наступает быстро, почти без сумерек. Тёмно-синий, почти чёрный бархат неба уже был усеян первыми, невероятно яркими звёздами. Воздух стал посвежее, когда солнце ушло, но всё ещё сладкий от запаха тропических цветов и солёный от моря.

Мы свернули в сторону нашего отеля, но пошли к воде. К тому самому Сиамскому заливу, который казался вовсе не заливом, а частью бескрайнего океана. Добравшись до места, где асфальт сменялся песком, мы остановились. Просто стояли и смотрели. Вода была тёмная и словно живая, то накатывала на берег с тихим рокотом, то отступала, оставляя блестящую полосу пены.

Чуть побродив по песку, мы помыли ноги в кране у пляжа, стоя на полированном водой деревянном поддоне, и молча пошли в номер, где я открыл бутылку шампанского, которую нам подарили в виде вазы для цветов. И мы, забравшись в наш персональный бассейн, где тёплая вода окутала уставшие тела, чокнулись бокалами, молча смотря на друг друга, словно только познакомились.

Да, мы не нашли для нашей свадьбы свидетелей, и сегодня эти яркие звёзды были нам таковыми — такие близкие и чистые, какие я, пожалуй, видел только в Афгане. Там они были холодными и безжалостными. Здесь же, над Таем, те же самые звёзды смотрели на нас мягко, по-домашнему, мигая в лёгкой дымке океанского воздуха. Что ещё надо для семейного счастья? Дом, кот, собаки и возможность, когда всё достанет, уезжать туда, где единственной твоей проблемой могут стать перепившие соотечественники, не понимающие местных колоритов. Хотя трансов-тайцев я осуждал не меньше, чем Степана, ибо нефиг напиваться до свинячьего визга в стране, буквально захваченной америкосами.

Эту ночь мы провели вместе под лёгкими тайскими одеялами, осушив бутыль и обнявшись, настроив кандёр на 25.