Фляжку я забрал, ПБ и нож тоже, а остальное стаскаю домой, когда стемнеет. Фляжка — это, кстати, камень в мой огород, потому как мне плохо было без жидкостей в той тайге. Приколотив дерево и фанеру обратно, я направился домой. Где, придя на кухню, обнаружил Иру, накрывающую на стол.

— Что в ящике? — спросила меня Ира.

— Там инструмент для работы, — ответил я.

— А конкретнее не можешь сказать? — спросила она.

— Только если подпишешь документы о неразглашении и будешь готова за эти самые сведения в любой момент сесть на бутылку, — произнёс я, используя современный речевой аналог наказания.

Что это вообще за угроза такая — «тебя посадят на бутылку» или ещё глагол придумали от него «набутылят»? Но все вокруг применяют, культурный код времени, что я могу с этим сделать — надо либо соответствовать, либо хотя бы знать, хоть в двух словах, о чём говорит «интурист», в смысле, все вокруг.

Присев за стол, я отвинтил крышку у фляжки и принюхался — пахло алкашкой, каким-то вином.

— Ир, мне тут подогнали. Не могу понять, что это? — протянул я ей фляжку.

И сотовый снова пиликнул, писал Енот: «Вино San Pedro Yacochuya 2017 (Аргентина), красное, сухое, 16%.»

— Похоже на вино, — заключила она.

— Говорят, дорогое и старое. Но мне нельзя, у меня выезд.

— Куда ты снова? Ты же только вылечился.

— Спокойно, Ир, он не боевой, — успокоил я девушку.

— У тебя всё не боевое, а потом ты возвращаешься с кровоточащими ранами и синяками.

«Вы меня достали, еду к вам с документами о неразглашении секретности», — прислал Енот.

«Давай не сегодня, а? Я уже к 16-тому еду», — ответил я и встал.

— Ир. Завтра подпишешь документы — смогу с тобой откровеннее говорить, но тоже не всё, и будь готова, что тебя будут «слушать» периодически. Одна фраза с чужими о моей работе — и всё, я тебя не смогу спасти, а Колыма — это хуже Дубая.

— Скорей бы, — ответила она и, смягчив тон, добавила: — Будь там осторожен. Пожалуйста.

— Буду, — произнёс я, покидая дом и целуя её в её тревожную головушку.

От «Поля чудес» до центра города я доехал за 20 минут, и ещё 30 минут ушло на дорогу до посёлка Курлек по трассе в сторону Новосибирска. Навигатор попросил повернуть раньше, и я свернул на узкую грунтовую дорогу и, проехав до кладбища, понял, что проскочил поворот. Пришлось разворачиваться и ехать назад.

Я подъехал к заросшему травой ровному месту среди леса у дороги и увидел маленькую часовенку, сложенную из брёвен. Купол так вообще из крашеной под золото жести с крестом. Вышел, направился к зданию, и меня встретил худощавый косматый мужичок с залысинами и бородкой, в очках. На нём была ряса, и больше ничего, если не считать какой-то тёмной обуви на босу ногу.