— Ой! — вскрикнула Ира, а я, открыв глаза, увидел, что она прошла ко мне в душ.

И было от чего: с моих стоп стекала кровь, а широкая кровавая лужа убегала в слив.

— Ты сказал, что хорошо всё прошло, — произнесла она.

— Более чем, — ответил я.

— Это пулевые отверстия? — спросила она.

— Да не, пневматика просто, — отмахнулся я и ира положив то что я просил на пол, медленно развернулась и вышла. Я же домылся, а потом взял полотенце и вытер себя всего, конечно замарав его в крови. Но с моими доходами я могу себе позволить другое. А потом я взял пинцет, сел на край ванной и, прижав рану на ноге рукой, заглянул в неё. Там был блестящий шарик. Смазав пинцет спиртом, я полез в рану и вытащил шар, тут же обработав края раны ватной палочкой с йодом, я нанёс первую клейкую заплатку.

Шарики засели неглубоко, буквально прошли под кожу на пару миллиметров, и я извлекал их и заклеивал дырки, а потом снова извлекал и снова заклеивал. А после взял влажную салфетку и обтёр остатки крови и, собрав шары с пола, я смыл красную лужу с пола в душевой.

Всего шаров я извлёк пять, но помимо них были и синяки — это там, где шар попал в тело, но не пробил камуфляж, таких я насчитал еще четыре. Потренировался, бля.

Выйдя из душа, я пронёс обратно аптечку и помытый пинцет, и вдруг заметил замершую девушку. Ира стояла у стола в гостиной и задумалась о чём-то выставляя на него готовую еду.

И я, не одеваясь, подошёл к ней сзади и ласково обнял. Она от неожиданности вздрогнула: чашка с чаем рухнула на пол и со звоном разлетелась на мелкие осколки.

— Ничего, — произнёс я. — Это на счастье.

— Как ты так можешь? — спросила она, всхлипнув.

— Конкретизируй, солнышко?

— Работать так.

— Присядь, — попросил я её и посадил её на кресло, а сам сел на ручку, продолжая её обнимать. — Ты же знаешь про UFC? Это лучшая бойцовская лига на планете. Так вот, эти люди дерутся и очень радуются, когда им дают титульный бой, но часто этим парням достаётся в клетке. Однако они всё равно снова и снова выходят в клетку? Почему? Во-первых, многие из них адреналиновые наркоманы.

И я себя поймал на мысли, что я, видимо, тоже.

— А во-вторых, им за это овер дофига платят, — первый раз я использовал иностранное слово, как один из блогеров, которых я смотрю на рутубе. — Так вот, твой мужчина тоже в высшей лиге. Меня тоже бьют, иногда стреляют, иногда режут, но это всё за деньги и потому что, кроме меня, некому. Не волнуйся за меня, хотя ты будешь. Просто знай, что, чтобы выполнять мою работу, я должен жёстко и даже жестоко тренироваться. Выражаясь собачьим сленгом, нюх не терять.