— Я предлагаю тебе сдаться, приехать в Россию и сложить оружие, — предложил я.

— Ты так меня и не услышал. Меня невозможно остановить, я против вас, словно бы ты в средневековье против рыцарей.

— Короче, ты меня утомил, — выдохнул я. — Гляди, ТиДи, как бы тебя в нашем средневековье на костре не сожгли.

Наш разговор прервался по моей инициативе, мне моей головы достаточно, чтобы мучать меня всяким бредом, а тут еще взбесившийся дроновод.

— Енот, Аркадий, — позвал я. — Надеюсь, вы отследили этого мудака?

— Приборы фиксировали, что он находится где-то в Малайзии. Но по пустым фурам примем меры. Сложность заключается в том, что у нас с Китаем более 4000 километров границы.

— Откуда у него деньги на собак, на фуры, на документы? — спросил я.

— Этот хер взломал криптобиржу и перевёл на свои счета все деньги тамошних хомяков, теоретически он в валюте не ограничен вообще. Но, знаешь, я думаю, что он у нас еще не скоро появится. Ведь он один, пускай с деньгами и его повёрнутым в сторону технологий мозгом. Не волнуйся, мы его достанем!

— Я повторюсь, Аркаш, я хочу в этом поучаствовать! Дайте мне знать, когда будет операция по его уничтожению.

— Работаем круглосуточно. Всё. Поздравляю с сержантом и с орденом, иди отдыхай, у тебя два дня до смены осталось.

И я снова набрал Иру, когда Енот отключился.

— Есть предложение провести этот вечер вместе, дома, с вином и, возможно, при свечах, — предложил я.

— Я тогда всё это сейчас закажу, ты скоро приедешь? — произнесла она.

— Полчаса, если успею до пятничных пробок в 16.00.

— Хорошо, буду ждать.

А, доехав до дома, я припарковал джип в гараже и вдруг взглянул на его крышу, на которой были полозья для крепления багажа. Теоретически я могу закрепить на него воздушный дрон-мотоцикл и, накрыв брезентом, так возить его. Тележка была бы сподручнее, туда и залезать проще. Я так и не попрактиковался в полётах, надо это наверстать.

Войдя в дом, меня встречала она, в красном обтягивающем платье с блёстками, Ира держала в ладонях две бутылки, но поза, когда она ногой зашагивает за другую и ставится чуть ближе к созерцающему, была для меня. Фигура моей избранницы потрясала, и я улыбнулся, видя её старания быть идеальной. Идеальной для неидеального.

— Я не могла выбрать между асти и просекко… — пожаловалась она, поджав губки.

— Ты же знаешь, что я не разбираюсь, а полностью тебе доверяю, — произнёс я и, снимая одними пятками неудобную уставную обувь, а фуражку вешая на крючок над одеждой, подошёл к ней.

— Тогда поставлю на стол оба, а начнём с того, который выберет подкинутая монетка, — решила она.