— Мысль твоя понятна и логична, — Виктор Семёнович оторвался от своей тетради, в которую он торопливо записывал поток моего сознания, и устремил на меня свой изучающий взгляд. — Планы у тебя наполеоновские, тут ничего не скажешь. Размах впечатляет. А ещё на меня обиделся, что я то чуяновское высказывание вспомнил про монастырь. Но ты один момент упускаешь, кадры где брать? Это же самая большая проблема. Преподавателей нужно несколько десятков, причём грамотных, с опытом.

— Это самая главная проблема, соглашусь, — кивнул я, понимая всю сложность ситуации. — У нас в наличии сейчас два готовых кадра, работники нашего завода: Кораблёв Владимир Александрович, бывший математик МГУ, человек с университетским образованием и учеными степенями, и Соколов Константин Алексеевич, бывший доцент кафедры строительных конструкций строительного факультета Белорусского политехнического института. Оба из спецконтингента и полностью прошли проверку. Кораблёва ставим на математику, он по отзывам Гольдмана и Савельева почти как Лобачевский, голова светлейшая. Достаточно молод, всего тридцать пять, был женат.

— Почему был? — тут же среагировал Виктор Семёнович, всегда внимательный к таким деталям.

— Жена была эвакуирована из Москвы в начале войны, куда конкретно, он не знает, связь потеряна. Ищет её через все возможные каналы, но пока безрезультатно. А у Соколова вообще полная неизвестность с семьёй. Сами знаете, что было в Минске в июне сорок первого, когда немцы вошли.

При этих словах у меня бешено заколотилось сердце, и я почувствовал, что ещё чуть-чуть, и опять накатят те страшные воспоминания о горящем городе, о криках, о бегущих людях.

Я делаю глубокий вдох-выдох, чтобы успокоиться, и быстро начинаю продолжать говорить, чтобы отвлечься от этих мыслей.

— Соколова назначаем деканом строительного факультета и ставим задачу развернуть его в кратчайшие сроки. Он человек опытный, организатор.

— А другие преподаватели? — не отставал Виктор Семёнович. — Два человека — это капля в море.

— Во-первых, местные кадры будем искать, прочёсывать весь город, — начал перечислять я. — В первую очередь специалисты наших заводов, те, кто может совмещать работу с преподаванием. Практики нужны. Во-вторых, обращаемся с просьбой по возможности вернуть институт из эвакуации, хотя бы частично, хотя бы ядро преподавательского состава. И ищем местные кадры по всей области, может, кто-то эвакуировался сюда из других городов. Сейчас, в условиях войны, о полноценном классическом образовании речь всё равно не идёт. Подготовка только практиков по укороченным упрощённым программам, самое необходимое. Причём везде так, даже в школе программы сокращены. Война закончится, будем постепенно открывать факультеты повышения квалификации и доучивать выпускников до полноценного уровня.