На первой полосе, конечно же, сообщение «От Советского информбюро», последние новости с фронтов и тут же обращение черкасовской бригады ко всем сталинградцам, жителям города и области.

Кратко изложена история создания добровольческой бригады председателем уличного комитета и воспитательницей детского сада Александрой Максимовной Черкасовой. Рассказ о том, как они взяли шефство над домом Павлова, который начал восстанавливаться по решению руководства города в числе первых. И призыв ко всем сталинградцам последовать их примеру, не оставаться в стороне от общего дела, внести свой личный вклад в возрождение родного города.

— Как собираешься руководить этим делом? — спросил Виктор Семёнович, когда я закончил читать. — Товарищ Чуянов особо подчеркнул, что это твоя персональная ответственность. Сказал буквально: «Пусть Хабаров головой отвечает за все организационные вопросы». Понимаешь, что это значит?

— Понимаю, — кивнул я. — В тресте я поручу кому-нибудь создать штаб движения и вести в нём учёт возникающих бригад и закрепление за каждой из них определённого участка работы. Составлю памятку-просьбу для бригадиров: состав бригады, бригадир, объём взятых на себя обязательств и просьба два раза в неделю представлять отчёты о проделанной работе, чтобы мы знали реальную картину и могли оперативно помогать и корректировать производственные планы. И исключить конечно возможности приписок сделанного добровольцами в объемы выполненные трестом или ещё кем-нибудь.

— А дальше? — подтолкнул меня Виктор Семенович.

— В строительных участках параллельно создать общественные штабы и постепенно передать в них всю конкретную работу, — продолжил я. — А городскому штабу в тресте только обобщать результат и координировать. Всего человека два-три на участках и три-четыре в тресте. Все исключительно на общественных началах и добровольно, никакого принуждения.

Виктор Семенович слушал меня очень внимательно и пару раз сделал какие-то заметки в своей рабочей тетради. Когда я закончил, он поднял на меня свой взор и резко и отрывисто спросил:

— Не боишься?

— Чего? — ответил я вопросом, хотя прекрасно понимал, о чем он.

— Любая инициатива наказуема, — жёстко сказал Андреев. — Мало ли что в этом могут усмотреть. Самодеятельность, попытка подменить партийное руководство, создание параллельных структур. Ты же знаешь, как у нас любят навешивать ярлыки и искать всякие уклоны и вредителей.

— Так это же не моё личное решение, а коллективное решение партийного руководства и Сталинградского ГКО, — я старался говорить спокойно, без эмоций, прекрасно понимая подоплёку этого вопроса.