10 мая 1943 года. 18:37 по московскому времени. Москва. Кремль. Кабинет Председателя Государственного комитета обороны, Верховного главнокомандующего Вооружёнными Силами СССР, Маршала Советского Союза Сталина Иосифа Виссарионовича.
Товарищ Сталин расположился за своим рабочим столом и читал все подготовленные материалы по «протезному» делу. Отвлекаться на такие мелочи, наверное, не совсем правильно. Помогать своим людям, ставшим инвалидами, защищая Родину, без сомнения надо. Но страна, истекая кровью, наконец-то смогла начать ломать страшного зверя, пришедшего в очередной раз с Запада. И они хотят не просто поработить советский народ, в первую очередь русских, а физически уничтожить десятки миллионов человек. Отвлекать силы и средства даже на многие благородные и, вне всякого сомнения, необходимые действия, просто нет возможности.
Но в данном конкретном случае ситуация принципиально другая. Если отбросить всякие рассуждения о милосердии и гуманизме, то неожиданно возникший к этому делу интерес союзников можно конвертировать в дополнительные потоки по-прежнему остро необходимой помощи с их стороны. И не в кредит, не в рамках грабительского по сути ленд-лиза, когда Советскому Союзу просто выкручивают руки, вынуждая соглашаться на не очень выгодные условия. Или, более того, просто обманывают, как с обещаниями открытия Второго фронта, не говоря уже об откровенном предательстве. Самым ярким примером служит история польской армии Андерса.
В этом случае союзники будут платить и предлагать, а мы будем выбирать. Ясное дело, это будут не миллиарды, и не десятки конвоев, гружённых техникой и необходимым сырьём, но, как говорится, «со всякого по крохи, голодному пироги». Тем более что то, что уже обещают некоторые очень заинтересованные заокеанские лица, далеко не крохи.
Сталин на мгновение оторвался от бумаг и задумался. Он вспомнил молодого русского блестящего гвардейца, холёного аристократа, который когда-то, по молодости, из чистой воды озорства, просто желая покрасоваться перед дамами, помог ему в самом начале революционного пути. Странные бывают повороты судьбы.
Через много лет они снова встретились, и обстоятельства этой встречи были совсем иными. Когда-то холёного аристократа, воевавшего на стороне белых и взятого в плен в боях под Царицыном, разъярённые красноармейцы хотели даже не расстрелять, а растерзать, заживо разорвать на части. Горстка офицеров, не имея шансов пробиться из окружения, за свои жизни взяла очень огромную цену. Слишком много красных бойцов полегло в той схватке.