— Хорошо, — кивнул я. — Конкретные предложения, которые я сегодня должен доложить. Завтра должна начаться конкретная работа, без раскачек и промедлений.

— Жёстко вы, однако, Георгий Васильевич, — ухмыльнулся Беляев, откидываясь на спинку своего стула.

— Ну, как есть, — ответил я, слегка разведя руками. — Обстановка и поставленные задачи диктуют только такие действия. Иначе к седьмому ноября ничего не успеем.

— Как я понимаю, отвлекать уже работающих на каких-либо объектах нежелательно, надо наращивать имеющиеся силы и средства и лишь потом ими маневрировать, — произнёс Кошелев задумчиво, и использование им армейской терминологии мне понравилось. Оно было очень правильным, поэтому я кивнул в знак согласия. — Но именно сегодня задачу набора необходимых специалистов вполне можно решить.

«Так, похоже, сейчас будет конкретное предложение. Интересно какое?» — успел подумать я, наблюдая, как управляющий треста переглядывается с Кошелевым.

— Сегодня к нам уже прибыла новая партия спецконтингента, — начал Кошелев осторожно, явно взвешивая каждое слово. — Я их видел, и там есть бойцы моего батальона, попавшие в плен уже в Сталинграде. Раз вы говорите о нашем вероятном докладе товарищу Чуянову, то считаю вполне реальным решение об их направлении в наше распоряжение.

Пока Кошелев говорил, я достал свою рабочую тетрадь и сделал пометку себе на память. Я старался писать разборчиво, чтобы потом не мучиться с расшифровкой собственных каракулей.

Главный инженер подождал, пока я закончу писать, и только после этого продолжил:

— Сейчас также прибывает очередная партия товарищей, направленных на восстановление города. Большинство по линии ВЛКСМ, но есть и взрослые мужики, в основном из госпиталей комиссованные под чистую. Пока они тоже никуда не распределены, и среди них, думаю, есть необходимые нам специалисты. Кто-то наверняка разбирается в технике.

— Где они сейчас размещаются? — спросил я, поднимая голову от тетради.

— Там же, где и прибывший спецконтингент, — ответил Кошелев. — Оперативно временно разместить несколько тысяч человек сейчас можно только в лагере в Бектовке. Условия там, конечно, не санаторные, но когда выбора нет.

В это время на столе Беляева зазвонил телефон. Со связью в Сталинграде сейчас есть проблемы. Связисты, конечно, костьми ложатся днём и ночью без перерывов, восстанавливают городские телефонные сети. И выручает только проложенная армией времянка, которая более-менее работает. Качество связи бывает отвратительное, треск и помехи постоянные, но хоть что-то.

— Беляев слушает, — ответил управляющий и почти тут же протянул трубку мне. — Товарищ Чуянов.