Решив проблему с посылкой на Урал и немного успокоившись относительно судьбы масла, мы с Андреем отправились на завод «Красный Октябрь». Водитель «эмки» был мой старый знакомый, тот самый шофёр, которого мне уже не раз выделяли. Он, поздоровавшись со мной и крепко пожав руку, сразу же обрадовал приятной новостью:

— Меня, Георгий Васильевич, до особого распоряжения закрепили за вами персонально. И даже с бензином не ограничили, представляете? Завгар сказал, что товарищ Чуянов лично распорядился выделить машину в ваше распоряжение. Так что вы теперь всегда на колёсах и можете ездить, куда вам нужно по делам.

Эта новость меня, конечно, очень обрадовала и значительно облегчила душу. Наличие личного транспорта в нынешних условиях, это настоящая роскошь и огромное подспорье в работе. Чтобы выполнять все поставленные передо мной задачи, мне надо за день успевать побывать чуть ли не в тысяче мест, встретиться с десятками людей, решить сотни вопросов. И вопрос транспорта для меня очень даже критичный, без машины я бы просто захлебнулся в этом потоке дел. Пешком или на попутках много не находишься, особенно когда расстояния измеряются километрами, а дороги ещё толком не расчищены.

На заводе «Красный Октябрь» меня уже ждали, видимо, предупредили о моём визите. Директора, к сожалению, на месте не оказалось, он уехал по каким-то неотложным делам в Астрахань, но меня встретил парторг ЦК ВКП(б) Владимир Иванович Круглов.

Я с ним ещё не был лично знаком, хотя слышал много хорошего. Он вместе с Чуяновым только недавно вернулся из Москвы, где решались важные вопросы восстановления промышленности Сталинграда, но уже был полностью в курсе поставленной передо мной задачи. Чуянов, видимо, подробно его проинструктировал.

Круглов оказался мужчиной лет сорока пяти, среднего роста, крепкого телосложения, с умными внимательными глазами и седеющими волосами. Говорил он чётко и по делу, без лишних слов. Вместе с ним были двое заводских инженеров, один постарше, другой совсем молодой, которые тут же предложили идеальный, на мой взгляд, вариант решения проблемы с техникой.

Красной Армии по итогам Сталинградской битвы достались поистине огромные трофеи, масштаб которых трудно даже представить. Только в самом городе и ближайших окрестностях было захвачено или уничтожено несколько десятков тысяч единиц бронетехники, автомашин, тракторов и прочего имущества противника. Одних машин было захвачено больше 80.000. Всем этим богатством естественно тут же начали заниматься специально сформированные армейские трофейные батальоны и целых три центральных органа, созданных ГКО специально для учёта и распределения захваченного имущества. Их, кстати, буквально накануне, пятого апреля, упразднили, объединив структуры, и создали единый Трофейный комитет во главе с Маршалом Советского Союза Ворошиловым. Эта централизация должна была навести порядок в распределении трофеев.