Наконец, прибыли. Элайна оглядела всё приготовленное, кивнула, но к креслу на небольшой возвышенности пока не стала подходить.

— Гарлы согласовали прибытие парламентёра, — сообщил примчавшийся солдат.

— Хорошо, — кивнул ему капитан. — Как только они будут у ворот, поднимай флажок.

Тут снова к девочке подбежали служанки, которых, как оказалось, привезли в карете. Снова всё разгладили. Элайна покосилась на флагшток, по которому вверх пополз флаг. Прикрыла глаза, кивнула себе и пошла к креслу. Действительно роскошному. Позволила служанкам взгромоздить себя на него, под ноги её тут же подложили подушку, чтобы ноги не болтались. Элайна поёрзала, устраиваясь поудобнее. Снова позволила служанкам поправить платье, после чего те испарились. А рядом, справа и слева от кресла, замерли граф Дайрс и граф Ряжский. На этот раз оба были в кольчугах, с мечами на поясах, но и только. Граф Ряжский ещё держал в руках перо и книгу.

Со своего места Элайна не могла видеть сами ворота, потому ей оставалось только ждать, когда гарлы доберутся. Чуть прислонилась к спинке. Ждать недолго, но всё равно немного колотит от волнения.

— Что ж, — попыталась подбодрить сама себя девочка. — Да начнётся шоу!

Гарлы огляделись и замерли, заметив по сторонам от прохода две шеренги гвардии герцогства в своих плащах, с обнажёнными мечами, которые они держали остриём вверх. При этом все гвардейцы застыли, словно соляные столбы, посматривая на гарлов. Хотя Осмон, более наблюдательный, заметил, что гвардейцы иногда косили взгляды куда-то в ту сторону, в которую им предстояло идти в этом коридоре. Иногда Осмон ловил на себе сочувствующие взгляды… Сочувствующие! Да что тут творится⁈ Заметил, что Карен слегка подтянул уздцы, словно собираясь забраться в седло. Пихнул того рукой и указал вперёд.

Карен, перестав пялиться на гвардейцев, всё-таки тоже глянул на дорогу, замер на мгновение. Впереди, чуть дальше стояла арка, украшенная желудями и ветками дуба. Арка позволяла спокойно пройти под ней и провести коня, но вот верхом уже нет, не проедешь. А дальше за ней виднелась ещё одна арка. Явно и недвусмысленно им указали, что двигаться следует именно пешком. И не придерешься, ведь. Символы мира, словно показывали, что тут чтят древние обычаи, шедшие с языческих времён и которые даже церковь Единого не рискнула разрушить. Почет и уважение.

Карен сквозь зубы выругался, но смирился и уверенно зашагал первым. Осмон торопливо перехватил у него уздцы коня, показывая, что он тут всего лишь слуга. Сопровождающие замыкали шествие. У них самая сложная задача была — молчать. И Осмон уже жалел, что не настоял только на своём присутствии и плевать на все принятые протоколы. Глянул на Карена. Тот, похоже, сам понимал проблему, обернулся и предупреждающе глянул на своих людей. Те выпрямились, всем видом показывая, что понимаю свой долг. Карен кивнул, выпрямился ещё сильнее, хотя, казалось, это невозможно. Прямо и уверенно двинулся по широкому проходу, устроенному гвардией Райгонского герцогства. И каждый раз, когда Карен проходил, гвардейцы, стоявшие по сторонам, вскидывали мечи в воинском приветствии. И опять не придраться. Почесть действительно великая… если забыть, зачем они, собственно, сюда приехали. Какие, нафиг, почести?!!