— Рассчитываю на тебя, — кивнул он.
— Да, эту сторону вопроса я возьму на себя. Никто подготовке мешать не будет. И я подумаю, как сделать так, чтобы все остались довольны.
— Ларс, тогда на тебе распределение солдат. Рамс, конечно, тебе поможет, но и ты смотри, учись, запоминай.
Ларс кивнул.
— Турий, есть какие новости из Тарлоса, лучше скажи?
Турий на миг задумался.
— Ничего важного. Сообщили только, что гарлы подошли к городу и ожидается парламентёр от них.
— Парламентёр? — удивился Ларс.
Турий скривился, махнул рукой.
— Не вникай, что-то там с их обычаями связано. Типа перед боем нужно предложить вариант мирного решения, вроде как их богам это угодно. А если враг отказывается, то типа сам виноват.
— О… Понятно… Значит, скоро начнётся, — помрачнел он.
— Потому мы и спешим с подготовкой, — буркнул Турий. — Отец в Парсе тоже этим же будет занят, если его назначили командовать королевской армией, то он сделает всё возможное, для ускорения подготовки. И мы будем спешить со своей стороны.
Все трое переглянулись и кивнули друг другу. Юрмия в этот миг почувствовала себя здесь совершенно лишней. Эти трое, казалось, общались на каком-то недоступном никому языке. Вот вроде дразнятся, подкалывают друг друга, кажется, что даже зло подшучивают, но вдруг оказывается, что так они скидывают напряжение, а на самом деле искренне переживают друг о друге. И попробуй кто со стороны задеть кого из них. И все трое сейчас действительно переживают о младшей сестре, оказавшей в окружении врагов. Юрмия даже пожалела гарлов. А ещё ей захотелось стать частью этого вот сообщества, чтобы и о ней так же переживали. Чтобы так же вот по-дружески подшучивали и подкалывали над ней тоже, а она над ними. Кажется, эта Элайна влияет на семью намного больше, чем ей казалось раньше. Все ведь прямо говорят, что таким вот образом начали общаться друг с другом в ответ на подначки и подколки младшей сестры. Ох, как сильно ошибался её отец, когда, описывая семью герцога, говорил, что самая бесполезная в ней младшая дочь Элайна, избалованная вседозволенностью из-за любви отца, от проделок которой страдает чуть ли не вся семья… Ох, отец, впервые на её памяти он ошибся настолько сильно. Надо бы ему написать об этом, чтобы не наделал ошибок, которые могут привести к разрыву помолвки. А разрывать её Юрмии не хотелось совершенно.
Элайна стояла на стене рядом с одной из башен и наблюдала за гарлами вдали. Рядом стояли Аргот и Шольт. Картен находился у них за спиной с видом человека, которого приволокли сюда силой и заставили заниматься неприятным делом. Короче, он давал пояснения по тому, что происходит у врага. И попутно отвечал на бесконечные вопросы девочки.