— Может, мне признаться Элайне?

— А это уже как хочешь. Это будет только твоим решением. Она может и не простить. И да, если тебе всё это не нравится, то в любой момент можешь уйти. Леди не из тех, кто будет как-то отыгрываться за это. Думаю, она всё прекрасно поймёт.

— Я… — Арготу никогда не было так стыдно, как в этот разговор. — Тогда я совсем себя уважать перестану, — буркнул он. — Отец всегда говорил, что ошибки совершают все. Главное — признать её и исправить… или искупить, если исправить не получится. Я не побегу!

Граф кивнул и встал.

— Теперь я понимаю, почему Элайна бегает к вам сюда. Что ж, я сказал всё, что должен, дальше думай и решай сам. Никто тебя за руку по жизни не поведёт.

— Граф… А почему вы помогаете мне? Вы могли бы и ничего не говорить.

— Тебе? — искренне изумился граф. — Я помогаю исключительно маркизе Райгонской. По какой-то причине не хочу даже вникать, по какой, она считает вас всех важными для себя. Возможно, она к вам приходит просто отдохнуть и расслабиться. Побыть собой. Как бы то ни было, но это на неё влияет благотворно. А это ей в текущей ситуации очень нужно. Ну и считай, мне интересно, насколько вы все окажетесь достойны её.

Граф давно уже ушёл, а Аргот продолжал сидеть, опустив голову. К нему несмело приблизился Шольт.

— О чём говорили? Что он от тебя хотел?

— Шольт… Я такой идиот!

— Тебе это граф сказал?

— Да. Прямым текстом. И да, я с ним согласен. Шольт, пора заканчивать с детскими играми. Из-за них я и влип, и теперь не знаю даже, как посмотрю в глаза Элайне. Чувствую себя последней сволочью.

Шольт вряд ли что понял, но друга счёл своим долгом поддержать. Хлопнул его по плечу:

— Не расстраивайся. Если чувствуешь, то не всё потеряно. А в чём, собственно, дело?

— В этих плащах. Ты вот обиделся на Элайну, мол, устроила тут… А всё ведь намного сложнее оказалось. Игры аристократов.

Шольт скривился так, словно лимон целиком сжевал.

— Аристократы, — в это слово он умудрился вложить максимум презрения. — Тут неизвестно, останемся мы в живых через месяц, а они в свои игры играют.

— Проблема в том, что это мы попытались играть в эти игры, сами того не подозревая. Точнее, я, — вздохнул Аргот.

Шольт уселся рядом.

— Так, давай, рассказывай. А то я ничего не понимаю. Что тут с этими плащами не так?

Турий с недоумением перечитал доставленное голубем послание.

— Ей там заняться нечем?

Лария, которая слушала объяснение Ролана по поводу доставки долго хранящихся припасов, подняла голову.

— Что-то от мелкой?

— Герб для Тарлоса придумала.

— Чего? — Лария поднялась и подошла к брату, вытащила у него из руки послание. Тот было дёрнулся, потом махнул рукой. — Так, описание герба… Занятно. Обещают прислать рисунок при возможности на утверждение… Слушай, это же не Элайна писала, а капитан. Как думаешь, почему он считает эту новость важной?