— Ты ее не увидишь!
Я испытал приступ неимоверной злости. Подойдя к Ирине вплотную и глядя ей в глаза, я сказал тихо, но отчетливо:
— Я ее увижу, даже если ради этого придется разнести ваш маленький монастырь по камешку. И прямо сейчас я думаю, что с ней все очень даже не в порядке, иначе зачем бы вам ее от меня прятать.
Орлова явно испугалась, но пыталась еще делать хорошую мину при плохой игре.
— А ты не думал, что она сейчас не хочет тебя видеть? — спросила она ехидно.
— Пусть сама мне об этом скажет. А верить тебе на слово я точно не стану. И ты меня услышала. Теперь уж точно я поеду в ваше прекрасное Дивеево. И попробуйте меня не пустить.
— Друзья, друзья! — Михельсон попытался влезть между нами, но это было непросто. — Конфликт возник на пустом месте, а его и вовсе быть не должно, мы же на одной стороне.
— Воздержитесь от банальностей, любезнейший Артем Давыдович! — буркнул я раздраженно. — Госпожа Орлова при первой встрече служила как раз агентом Красного Гостя.
— Я спасла твою подругу, — сердито возразила Ирина.
— Я так думал буквально до этой минуты. Теперь же спасение выглядит скорее как похищение. Я уже встречал инвейдея, перешедшего на строну Гестио. Быть может ваш монастырь — его кузница кадров?
— Так хватит! — рявкнул Михельсон, решивший сам с собой поиграть в хорошего и плохого полицейского. — Андрей, Ирина помогала мне множество раз, у меня нет оснований ей не доверять.
— Вот! — воскликнула Орлова торжествующе.
— Но в данном конкретном случае я на стороне Васнецова, — обескуражил ее Михельсон. — Уверен, что встречу организовать можно. Может быть не так уж легко, но мы простыми вещами и не занимаемся. Судьба у нас такая.
Орлова смотрела на нас сердито с минуту, а потом махнула рукой.
— Ну хорошо, хорошо, поскольку мой родной монастырь мне дорог как память, я попробую договориться с начальством.
— Надеюсь, начальству монастырь так же дорог, — улыбнулся я ласково.
Ирину почему-то передернуло.
В Нарышкинской психиатрической клинике нас встретил наш друг Марцевич. С ним проблем не было, я оставил ему Михельсона на оформление всех нужных документов, а мы с Орловой повезли Филимонова в Дивеево.
В этой реальности монастырь занимал гораздо больше места и был обнесен стеной. Зато сохранился нежно-бирюзовый цвет зданий, который мне так нравился. Добавились пристройки, в одну из которых меня привели. Это помещение напоминало небольшую столовую или, как принято говорит в подобных местах, трапезную. Орлова сделала знак дородной женщине, явно хозяйничавшей здесь, и та, поглядев на меня с нескрываемым любопытством, налила в жестяную кружку невкусного кофе с молоком.