— Постараюсь, Гавриил Михайлович.
В кают-компании нашего парохода «Москва» напротив меня за большим обеденным столом сидел монах-иезуит, оказавшийся каким-то моим дальним родственником, но в реальность происходящего мне верилось с трудом.
Стюард накрыл нам чайный стол и вышел из кают-компании.
— В 1773-ом году папа Климент XIV упразднил Общество Иисуса, больше известного как орден иезуитов. Генерал ордена Лоренцо Риччи был заключён в римскую тюрьму, в которой и умер через два года, — проводив взглядом стюарда, Гавриил Михайлович неспешно начал свой рассказ. — Ваш прадед князь Андрей Алексеевич в сентябре года доставил императрице Екатерине Второй поступившее в Польшу папское послание Dominus ac Redemptor об упразднении ордена. Государыня почти час беседовала с князем и повелела считать это послание несуществующим. Через полгода император Иосиф Второй пожаловал князю Андрею титул Светлости, который тут же был признан императрицей Екатериной.
Когда князья Новосильские были пожалованы титулом Светлости я знал, а вот за что конкретно как-то не удосужился узнать. Ну что же, теперь буду знать.
— Двоюродная сестра вашего деда Павла во времена Елизаветы Петровны вышла замуж за польского шляхтича Михаила Гриневича, перешедшего на русскую службу. В 1768-ом году поручик Гриневич в составе корпуса генерала Кречетникова участвовал в боях с барскими конфедератами, — отец Габриэль вопросительно посмотрел на меня, понимаю ли я о чем идет речь.
Я молча кивнул, взял сигару и позвонил, вызывая стюарда. Предложенный чай не вызвал никакого интереса у моего гостя и я решил сменить пластинку.
Стюард в кают-компании появился стремительно, увидев в моих руках сигару, молча налил мои пятьдесят капель коньяка и вопросительно посмотрел на господина иезуита.
Отец Габриэль невозмутимо кивнул в знак согласия. На столе тут же появились шокалад, тонко нарезанные лимоны и сыр и отец Габриэль также как и я взял сигару.
Коньяк я закусил совершенно по-варварски: ломтиком лимона, затем сыром и после этого сигарой. Отец Габриэль к моему удивлению последовал моему примеру.
Сохраняюшаяся напряженность волшебным образом исчезла и рассказ отца Габриэля пошел веселее.
— Мой отец был ревностным католиком, штурм и последующее разграбление монастыря Босых кармелитов потряс его и он перешел на сторону барских конфедератов. Через год он погиб в сражении под Ореховом. Матушка после этого прекратила общаться со своими родственниками в России и уехала в Италию.
Отец Габриэль посмотрел в иллюминатор, у меня появилось чувство, что в открывающейся дали океана он хочет увидеть что-то совершенно невозможное, но очень ему необходимое.