На восточном берегу полуострова Сан-Франциско Костромитинов предложил начать строить порт и начать переносить туда всю инфраструктуру из старого порта Румянцев. О желательности такого варианта как возможного будущего мы с ним как-то говорили и он этот разговор не забыл. Иван Васильевич естественно сразу же дал добро на такое дело.
Весь этот ворох дел и забот не мог отвлечь его от двух назойливых мыслей: как поставить в известность о случившемся меня и какова судьба наших товарищей ушедших в Мексику.
Ворох дел и забот не мог отвлечь Ивана Васильевича от двух назойливых мыслей: как поставить в известность о случившемся меня и какова судьба наших товарищей ушедших в Мексику.
Иван Васильевич резонно опасался, что Петр со своими спутниками окажутся а Мехико одновременно или даже позже гонцов из Калифорнии. Разведка доложила, что по тропе Хуана Баутиста де Анза, недавно открытой индейцами после сорока лет блокады, губернатор Верхней Калифорнии сразу же после инцидента отправил двух офицеров с хорошо оснащённым и сильным сопровождением.
После открытия тропы мексиканцы восстановили президио, так испанцы и мексиканцы называли свои форты, на перекрестке Юма, единственном месте где сужение реки Колорадо в её нижнем течении позволяет спокойно переправится через неё.
Наши союзники индейцы узнали, что мексиканский отряд, посланный губернатором, достиг переправы в рекордные пять дней. Примерно такое же расстояние было еще до одного важного президио на реке Санта-Крус, в котором очень возможно были почтовые голуби. Я предполагал, что это известный мне Тубак, расположенный в штате Аризона.
Вот по этой тропе Хуана Баутиста де Анза, которую мексиканцы громко называли какой-то королевской дорогой, а у них как и у испанцев, любая тропинка называется королевской дорогой, из Верхней Калифорнии медленно уползали мексиканские беженцы, спасающиеся от наших «кровожадных» казаков, которые вместе с еще более «кровожадными» индейцами хотели зажарить их на кострах и съесть. Примерно половина сумела бежать на кораблях, а остальным пришлось воспользоваться этой дорогой.
Если в Тубаке действительно есть голубиная почта, то по мнению Ивана Васильевича его товарищей может спасти только чудо и ничего с этим он поделать не мог.
Ни один из капитанов кораблей, зашедших за все время в Калифорнию не пожелал выполнить поручение отвезти на Аляску его послание, чтобы известить меня о случившемся. Капитаны были не дураки и несмотря на все усилия, русских быстро понимали что произошло и предпочитали тут же уходить.