Через двое суток караван из трех пароходов вышел в море. «Херсонес» идет в Новоархангельск, он везет моё письмо барону Врангелю и должен будет там встать на ремонт.

«Москва» и «Архангельск» идут в Калифорнию, а затем в Акапулько. Все, что предназначалось Аляске уполовинели, кроме медицины.

Николай Александрович остался на хозяйстве в Николаеве и должен закончить все погрузки-выгрузки и действовать по обстановке, исходя из моих инструкций составленных во время перехода с Камчатки. После завершения здесь всех дел он должен, собрав в кучу все пароходы идти домой. На Дальнем Востоке остаются два наших военных парохода и дополнительно еще два гражданских.

Кто конкретно Николай решит сам, исходя из ситуации. Адмирал остался с ним, его голова сейчас занята одним: Гавайями. Я его озадачил заявив, что возможно ему придется все делать самому. Неизвестно, как сложится у Петра и приедет ли Джо.

Матвей идет с нами, ему пришлось в экстренном порядке пересматривать свои планы и в итоге на первое место поставить Калифорнию. Когда он закончит, то вернется на Аляску, его задача минимум провести оспопрививание всего русского и креольского населения и провести адекватный санпросвет. Холера для Северов не актуальна, а вот европейские инфекционные болячки представляют большую опасность.

В Калифорнию идет три сотни казаков со своими семьями. Таким пополнением сотник Марков очень доволен и не скрывает своей радости. Две из них правда со мной сначала сходят в Мексику.

Свободного времени во время перехода в Калифорнию у меня совершенно не было, через несколько часов после выхода на «Архангельске» случилось ЧП, по неосторожности один из моряков упал за борт и начал тонуть. Старший офицер парохода первым бросился ему на помощь и спас бедолагу.

Но здесь явно не Анталья и через несколько часов Паскуале остался без старшего офицера, который слег с тяжелейшей пневмонией, а я на время похода стал правой рукой капитана «Архангельска». Так что прохлаждаться мне было некогда. Но зато я приобрел неоценимый опыт и когда мы дошли до Калифорнии, крестный поздравил меня с успешно сданным экзаменом и сказал, что теперь я могу смело идти в море капитаном на любом из наших пароходов.

Береженного Бог бережет. Поэтому к калифорнийскому берегу крестный решил подойти в порту Румянцев. Но наши опасения оказались безпочвенными и я с большой радостью обнял выздоровевшего Ивана Васильевича и графа Ростова, поднявшихся на борт «Москвы».

Пятнадцатого декабря мы бросили якорь в строящемся порту Сан-Франциско на восточном берегу полуострова.