Высадив их на острове, «Дир» сразу вернулся на Кунашир. Наши епископы распорядились прийти за ними через сорок дней.

За время отсутствия «Дира» на Кунашире произошли и другое не менее титаническое событие.

Мне недаром старообрядческие епископы-греки показались божьими одуванчиками.

После кончины Владыки Анатолия они резко на пару заплохели и начали умирать и те в минуты когда «Дир» бросал якорь, отошли в мир иной.

Потрясенный случившимся, Иван Кузьмич распорядился «Диру» тут же следовать в Петропавловск, а сам задержался на Кунашире. Он решил предложить Архиепископу Федору и двум новым епископам безотлогательно рукоположить в старообрядческие архиереи еще двух иргизских иеромонахов.

Да, дела однако. Приход «Дира», вернее известия привезенные им известия, совершенно выбили меня из колеи и я решил перед отходом на Аляску отдохнуть, предложив Соне, Николаю с Вероникой и адмиралу совершить прогулки по окрестностям Петропавловска.

Мы подъехали поближе к главному камчатскому вулкану Авачинской сопке, а затем съездили на бывшую дачу Аркадия Васильевича Голенищева на речке Микижа — небольшом притоке реки Паратунка. Сейчас она стоит пустая, чтобы её не разграбили Флегонт Мокиевич приказал выставить там постоянный казачий караул.

После этого мы побывали на Паратунских теплых ключах и вернулись в Птропавловск.

К нашему возвращению Матвей закончил все свои совещания и в город вернулся Флегонт Мокиевич.

Поездка по окрестностям Петропавловска успокоила меня и после ужина мы провели небольшое рабочее совещание.

Флегонт Мокиевич был в великолепнейшем настроении, он был уверен, что за следующий сезон транскамчатская дорога будет достроена. И это будет действительно дорога, а не почтовый Охотско-Камчатский тракт, почтовая гоньба по которому лежит тяжким бременем в основном на коренных обитателях Камчатки. Большую часть года она будет нормально проезжей, если все пойдет как планируется, то через пару-тройке лет на всех реках и речушках появятся пока дернвянные мосты, а зимой она будут чистить от снега.

Кстати после разговоров с Флегонтом Мокиевичем и своим тезкой я понял в чем секрет таких успехов в дорожном строительстве. Просто то, что здесь называют дорогами, даже сейчас в той же Европейской России таковыми не являются.

Здесь если обозначили и можно пройти, а тем более проехать на телеге, то все уже дорога. А уж если проезжая часть как-то оборудована и облагорожена, да еще и кой-какая инфраструктура появится… Планы на твердое покрытие дороги, которое собственно и сделает её настоящей в европейском понимании, достаточно скромные. После Староострожного в планах стоит пока не более пяти километров асфальта в год.