— Спасибо!
Я вышел на улицу, повернул, как мне посоветовали, направо…
Действительно, до госпиталя оказалось идти совсем недалеко. Территорию он занимал значительную. Даже наша родная областная клиническая больница по сравнению с ним была так, мелкой здравницей.
На территорию меня, разумеется, не пустили. На КПП солдаты-краснопогонники по телефону вызвали дежурного офицера капитана с «капустой» в петлицах — тоже из «мотопехоты», то есть из мотострелковых войск. Тот завел меня в комнатушку, усадил за стол, опросил, куда и зачем я пришел, буркнул:
— Не положено вообще-то… — он вздохнул. — Да и молодой ты еще. Сколько тебе? 18 есть?
Я отрицательно мотнул головой, сообщил:
— Мой брат с переломом позвоночника у вас здесь лежит.
— Ладно! — капитан махнул рукой, вытащил из ящика стола блокнотик с отрывными листами — бланки пропусков с корешками, взял мой паспорт, списал с него данные в пропуск. Аккуратно, ножницами отрезал, оставив себе корешок.
— До 18.00 должен покинуть территорию госпиталя. Понял?
Он строго посмотрел на меня. Я кивком подтвердил понимание серьезности данного вопроса. Он протянул мне паспорт с бумажкой пропуска.
— Дневальный! — повысил голос капитан. В комнату заглянул один из солдат: молоденький, моего возраста, в шинели, туго затянутой в талии ремнем, шапке.
— Рядовой Громов, товарищ капитан! — представился он.
— Отведи товарища в центральный корпус в регистратуру.
— Есть! — дневальный лихо козырнул.
— В помещении воинское приветствие не отдается! — чуть ли не застонал капитан.
— Так точно! — лихо подтвердил солдат.
По дороге к центральному корпусу солдат тихо спросил у меня:
— Сигаретами не богаты?
— Не курю, — ответил я.
— А у вас покушать есть что-нибудь? — жалобно снова спросил солдат. Я сунул руку в сумку, вытащил яблоко, протянул ему. Фрукт вмиг перекочевал в карман шинели. Снаружи даже незаметно было, что там что-то спрятано.
Дневальный довёл меня до пятиэтажного ядовито-желтого дома.
— Сюда! — махнул он рукой в сторону входа и направился обратно. В вестибюле в столе справок мне сразу сообщили, что младший сержант Фокин Леонид Иванович 1962 года рождения находится не в хирургии, а переведен в неврологическое отделение, лежит в палате № 14.
Неврологическое отделение находилось в другом корпусе на третьем этаже. На первом этаже мне выдали белый мятый халат и в приказном порядке посоветовали сдать куртку в гардероб.
Я бы так и сделал, если бы какой-то сидящий в холле солдат в грязно-серо-фиолетовом халате, застиранной синей пижаме и шлепанцах на босу ногу не шепнул: