Старлей проснулся и попытался вскочить.
— Сидеть! — приказал Шишкин, демонстрируя удостоверение, представился. — Заместитель начальника управления уголовного розыска майор Шишкин. Так мы службу несём?
— А в чём, собственно, дело, товарищ майор? — удивился старлей.
— Я сейчас! — сказал я, выходя на улицу. Там я отменил действие паралича, ухватил постовых за воротники шинелей и поволок в опорник. Мишке приказал следовать за мной.
Я затащил постовых, едва держащихся на ногах, в кабинет и швырнул к столу. Старлей удивленно вытаращился на меня.
— Вот эти три ублюдка в погонах избили и ограбили моего друга! — сказал я и демонстративно оскалился. — Сейчас я их буду убивать, если мы не решим вопрос по-хорошему.
И подмигнул занервничавшему Шишкину.
— Где деньги? Часы? — рявкнул я.
— Шапка! — подал голос Мишка.
ППСники поднялись на ноги, стали лихорадочно выгребать содержимое карманов. Я поддал пинка сержанту, придавая ускорение его действиям. Часы, конечно, оказались у него. А вот денег оказалось мало, меньше той суммы, что была у Мишки.
— У меня пятнадцать рублей было! — заявил Мишка. — С мелочью.
На столе было меньше десятки.
— Мы на вокзал заехали, — виновато пояснил сержант. — Сигарет купили, газировки.
— Газировки… — передразнил Шишкин. — Вы себе статью подняли с пола: грабёж да еще организованной группой лиц!
— С нанесением телесных повреждений, — добавил я.
— Шапка где? — напомнил Мишка.
— Шапку мы не брали, — растерянно ответил младший сержант. — Наверное, упала где-то…
— Упала… — опять передразнил Шишкин.
— Значит так, уроды, — подытожил я. — Завтра к полудню с вас 500 рублей. Компенсация за побои, за испорченные вещи, за шапку. Тогда мой друг претензий к вам иметь не будет…
— Пятьсот рублей! — воскликнул сержант. — Это дохрена!
— Шестьсот рублей, — ответил я. — Сейчас и семьсот будет. Только слово скажи…
— Или сядете, — угрюмо подтвердил Шишкин. — Прямо в понедельник. Как придете на службу, так за вами и приедут.
ППСники сникли. Старлей молчал. Он переводил глаза на меня, на Мишку, на Шишкина, не выдержал:
— Ну, так нельзя, в конце концов…
— Заткнись! — яростно рявкнул я. — Человека ни за что избили, ограбили. И кто? Представители закона, блюстители социалистического правопорядка, наша советская милиция! Кстати, прямо при тебе. Ты ж в опорнике дежурил? Хочешь в соучастники? Можно устроить.
Старлей помотал головой.
— Шестьсот рублей — нормальная компенсация, чтобы не сесть, подытожил я.
Шишкин кивнул в знак согласия.
— Деньги принесете ему до полудня домой, — я показал на Мишку. — Если он позвонит мне в пять минут первого и скажет, что денег нет… Извините, ребята, вам останется только податься в бега.