У него было достаточно времени, чтобы ощутить: время – неслиянно, есть «до» и есть «после». Какой-нибудь час назад стихов не было в помине, а теперь они шли не унимаясь, живые и настоящие.
Глава 27
Мы в неком состоянии души Жизнь пожираем собственную; в жажде Знать продолженье – запускаем руку В наш закром малый времени, покоя. Мы пуще пищи алчем – окончаний , Проведать облик целого, строенье Той сети, чьи бывают звенья слабы Иль крепки, а узор – хитросплетен Иль груб и примитивен, в неуклюжих Узлах, неровных петлях. Мы проворно Идём, при свете любопытства, жадно Ощупывая звенья, позабывши, Что это – наши путы. Нас сквозь время Влечёт заветный зов: «А там ? а дальше ?» — К развязке ожидаемой. Нам нужно Её подробно знать – кинжал иль пуля? Иль эшафот (и поцелуй прощальный)? Фанфары ль битвы? Шорох ли чуть слышный На смертном ложе? Только… не едино ль?.. Конец един – наступит потрясенье, За коим потрясений нет, и нас… Чего ж мы ищем: просто ли скончанья Всем помыслам, гордячествам, порывам? Или мгновенья, полного блаженством Познанья смысла, пусть затем престанем , Подобно мотыльку, что в брачном танце Своё находит счастие и гибель?.. Рандольф Генри Падуб
Мы в неком состоянии души Жизнь пожираем собственную; в жажде Знать продолженье – запускаем руку В наш закром малый времени, покоя. Мы пуще пищи алчем – окончаний , Проведать облик целого, строенье Той сети, чьи бывают звенья слабы Иль крепки, а узор – хитросплетен Иль груб и примитивен, в неуклюжих Узлах, неровных петлях. Мы проворно Идём, при свете любопытства, жадно Ощупывая звенья, позабывши, Что это – наши путы. Нас сквозь время Влечёт заветный зов: «А там ? а дальше ?» — К развязке ожидаемой. Нам нужно Её подробно знать – кинжал иль пуля? Иль эшафот (и поцелуй прощальный)? Фанфары ль битвы? Шорох ли чуть слышный На смертном ложе? Только… не едино ль?.. Конец един – наступит потрясенье, За коим потрясений нет, и нас… Чего ж мы ищем: просто ли скончанья Всем помыслам, гордячествам, порывам? Или мгновенья, полного блаженством Познанья смысла, пусть затем престанем , Подобно мотыльку, что в брачном танце Своё находит счастие и гибель?.. Рандольф Генри Падуб
Рандольф Генри Падуб
Совещание в Мортлейке происходило в невероятной атмосфере, весёлой и заговорщической. По приглашению Беатрисы Пуховер собрались у неё в доме (Мортлейк – место загородное, неприметное, удачное по конспиративным соображениям, вряд ли оно в поле внимания Собрайла). Беатриса испекла пирог с луком и сливками, приготовила салат из овощей и зелени и шоколадный мусс, то есть всё то, чем в былые времена потчевала студентов. Пирог и мусс, к радости хозяйки, получились весьма аппетитными. Всецело сосредоточившись на срочном и главном – угрозе от Мортимера Собрайла, – Беатриса совершенно не уловила лёгкой напряжённости между гостями, не расслышала обиняков и недомолвок.