— Только теперь, Дыря, если взгляд почуешь, сразу говори.

— Так я ж не идиот чай, знаю, — отмахнулся тот и, ехидно улыбнувшись, легонько хлопнул первушку по ягодице.

Хвост с Кудряшом переглянулись, и громила лишь пожал плечами. Скудоумие их соратника он воспринимал как само собой разумеющееся, и его наоборот удивляло, что одноглазый к этому ещё не привык.

Вскоре Дыря, заметно вспотевший, попросил передышки. Хвост поднял руку, призывая всех остановиться… Звери чуть склонились к головам лошадей, словно это могло им помочь спрятаться от человеческой меры.

Впрочем, я на людей разных успел насмотреться. Среди них точно так же были и по-настоящему могучие, а были и такие, у которых от третьей меры только гонор был.

— Зиккуратовцы злые какие-то, — прошептал Хвост, ёрзая взглядом по зарослям и усмехаясь, — Говорят, в Белом Приорате убили самого прецептора. Все теперь суетятся, к войне готовятся…

— А зачем воевать-то? Его ж убили, — спросил Дыря, — Всё, считай, победили.

— Ну, значит, праздновать готовятся! — огрызнулся Хвост, — Из Престола Ордена в Белый Приорат как раз целая армия скачет. На праздник, видимо, спешит.

Я лежал молча, разглядывая травинки в воде под лошадью. Услышав разговор, я не удержался от улыбки. Да, в Престоле Ордена есть, кому за меня отомстить… Пусть у меня было полно недоброжелателей, но на убийство прецептора никто смотреть сквозь пальцы не будет. За такое карают, и карают жёстко…

Совет Приоров, точнее, их остатков, при мне ещё работал с горем пополам, но в столице столиц и без него было много всяких советов. Настоятель Главного Зиккурата с помазанием на трон медлить не будет, и новому прецептору…

— Говорят, выбрали уже нового прецептора, — сказал Хвост.

— И кто теперь прецептор? — вдруг вырвалось у меня, и звери на несколько секунд вдруг затихли.

— Стой, Кудряш, только шею не сломай! — тут же опомнился одноглазый.

А я буквально спиной почуял, как надо мной нависла громадная ладонь Кудряша. Что-то тут первушников вообще не уважают, от нулей не отличают! Даже говорить нельзя без позволения.

Ах, ну да, я же о прецепторе сказал. Не просто о человеке, а о главном человеке.

— Первуха, который прецептора без страха называет… — ухмыльнулся Хвост, — Жалко, ты не ноль. Мы б на тебе неплохо заработали!

— Эх ты, Хвост, совсем не соображаешь, — лысый покачал пальцем, — Ноль не может стоить дороже первушника. У нуля же нет даров никаких, ты что, не знаешь?

Хвост закрыл глаза и медленно выдохнул, мысленно успокаивая себя. Потом открыл глаза и наткнулся на вопросительный взгляд Кудряша.