Но Дмитрий Аркадьевич все равно выманил оперативные фотографии с места происшествия, чтобы убедиться в достоверности поступившей информации. Правда, снимки не очень-то и помогли. По ним в самом деле невозможно оказалось что-либо понять или определить. Приходилось полагаться на заключения должностных лиц, обследовавших останки.

Вывод о том, что найденная головешка в действительности и есть Савонов, следствие сделало на основании трех признаков. Во-первых, автомобиль подполковника обнаружили во дворе сгоревшего дома. Во-вторых, сожженное тело принадлежало инфестату, все попытки посмертного допроса которого провалились. И последнее — это сравнение прижизненных рентгенограмм фээсбээновца с полным МРТ-обследованием останков. Сам Широков в таких тонкостях не разбирался, но привлеченные эксперты подтвердили некоторое сходство строения каких-то там сосцевидных отростков и иных костно-анатомических структур. Хотя стопроцентной гарантии на свои заключения никто дать так и не решился. Мотивировали тем, что состояние трупа слишком плачевное, чтоб по нему можно было что-либо определить наверняка.

Ну и как тут не предположить, что эта хитрая задница не умерла, а только инсценировала смерть, лишь бы не возвращать деньги⁈ Савонов уже многократно обжигался на поручении Дмитрия Аркадьевича, практически битый год выискивая способы подступиться к Факелу. Но недели складывались в месяцы, а никакой информации от осторожного инквизитора фээсбээновец так и не выудил. Может ли статься, что Широков слишком сильно давил на купленного служащего, отчего тот сбежал, бросив свою семью?

Черт его знает, но приглядывать за домочадцами подполковника все же стоит. Если они неожиданно куда-нибудь засобираются, то это можно считать подтверждением всех подозрений. Впрочем, ладно. Время покажет. А пока лучше попытаться расслабиться. Иначе есть риск наделать больших глупостей, пребывая в таком напряжении. Причем, не только в жизни, но и в бизнесе.

Секрет отъема некроэфира у других инфестатов настолько сильно будоражил фантазию олигарха и искушал его, что идея завладеть им превратилась в одержимость. И чем дольше он обмозговывал способы применения этого умения, тем пуще впадал в объятия новой мании. Теперь Дмитрий Аркадьевич толком не мог сосредоточиться на своих делах, витая мыслями где-то вокруг долбанного Факела, который не спешил делиться ценной информацией. Привести разум в порядок Широкову помогали только такие вот спонтанные поездки на «объекты», где его дожидалось безропотное и бесправное мясо. Пусть совсем ненадолго, но эти краткие моменты передышки здорово так давали мозгу отдохнуть.