Сто пять!
Я вышел в коридор, привалился к стене у вешалки и дал себе минуту просто порадоваться, ни о чём не думая. Неделю назад у меня было две тысячи на зуб и ноль очков! Сила мясорубки осталась у меня оттиском. Только своей мясорубки у меня нет, и пока не куплю, придётся брать готовый фарш.
— Мам! Мам, ты не поверишь! — кричал за стенкой в трубку Гоша.
Теперь на мамино «Ты хоть ешь нормально?» он сможет ответить честно.
Глаз, Рука, Помост — я разглядывал их по очереди, читая описание товара. Продавец Аукцион был честный и сносок не прятал. Глаз вёл к «Следу» — видеть последние руки, державшие вещь. Рука и Помост снова предлагали «На час» и «Вести чужой лот», и в сноске к «На час» стояло, что у того, кому вещь нужна, брать нельзя.
«След» манил, врать не буду, ведь с утра у меня в кармане лежала квитанция без фамилии. Но квитанция и так завтра приведёт меня в Дом быта. А лотов от тех, кто плашек не видит, у меня пока нет, «Смену» Дениса мы продали и без кафедры.
Зато у «Ладьи» денег хватает. Гладких отдал за ковш триста тысяч, Кирилл обещает Ларисе столько же за самовар, а я покупаю на свои, что за три тысячи, что за двести рублей. Начну с ними торговаться — любую мою цену перебьют, и всё моё знание вещей против их денег не в счёт.
Мне нужно уметь держать силу в руках, не покупая её, — с разрешения того, кто держит вещь. Час чужой силы — это час, когда я могу сделать то, на что у меня нет денег. А что силу Гошиной мясорубки и маминой вазы на час не возьмёшь, так это правильно. Я бы и так не взял.
— Рука. «На час». — Сказал я это вслух, хотя в коридоре меня слушала одна вешалка.
«На час» — твоя. Следующая ступень — на 250.
* * *
В ночь на седьмое ноября, без четверти двенадцать, я прошёл через витрину с чемоданом в руке. Надежда Аркадьевна подняла голову от Книги и посмотрела на чемодан. Без лота на табло не пускают, а с целой комнатой и показаться не стыдно.
— Беляев. — Я поставил чемодан перед её столом. — Лот на торги десятой ночи. Вещь моя, куплена у «Трёх полос» за три тысячи рублей.
Удивления она не показала. Ей что, каждую ночь комнаты в чемоданах носят? Она перелистнула Книгу на две страницы назад и провела пальцем по моим строкам сверху вниз.
— Сто пять. — Надежда Аркадьевна подняла глаза от Книги. — Сотня есть, лот приму.
— А в первую ночь вы говорили, что сто у меня будет не скоро, — напомнил я.
— Описание запишу по плашке, — сухо ответила Надежда Аркадьевна. — Что добавите от себя, за то отвечаете вы.
— Внутри комната два на два метра, — пояснил я. — Лампа, полка, табурет. Мерил рулеткой.