— Наверное, всё же, рыбу.
Олег взглянул на девушку, словно бы оценивая, сколько в неё влезет, и подозвал официанта.
Глинтвейн принесли без вопросов. Вера отпила пару глотков и почти сразу поплыла. Мягкое тепло, горячее вино, ароматы корицы и яблока подействовали на неё все разом, отключив мозги и, кажется, даже инстинкты. Она грела руки о бокал, прихлебывала маленькими глотками вкуснятину, ковыряла рыбу в тарелке и о чем-то говорила с парнем. О каких-то пустяках. О глупых подружках, для которых выйти замуж — предел желаний, о зловредных тётках, которые вечно капают на мозги…
— А что ты хочешь? — вдруг спросил Песцов. — Вот тётки хотят от тебя чего-то своего, что им кажется важным. Глава рода хочет выгодно тебя обменять на пользу для этого самого рода. Подружки хотят замуж. А чего хочешь ты? Я понимаю — ты хочешь, чтобы все отвязались. Но это сиюминутно и, к тому же, нереально. Ты всегда будешь зависеть от кого-то. Всё, что ты можешь сделать — это постараться, чтобы тех, кто вправе тебе приказать, было как можно меньше.
— Я хочу быть с тобой, — неожиданно для себя призналась Вера.
Эти слова вырвались сами собой, обгоняя рассудок. И в ту же секунду девушка ощутила, что и в самом деле хочет этого. Что сегодняшняя прогулка нечто переменила в её душе, подарила новый опыт. И новое понимание о важном и неважном в жизни. Она на секунду замерла с широко раскрытыми глазами, пораженная внезапным открытием, но голос Олега безжалостно выдернул её из транса:
— Это — тоже не главное. И тоже сиюминутное. Не верю, что ты решишься отказаться от своих мечтаний, всю жизнь, до последней секунды, посвятив лишь одному единственному мужчине. А что ты хочешь для себя? Кем хочешь стать, чем заниматься? Ответь себе на этот вопрос, и я всерьез подумаю о том, чтобы исполнить твоё желание.
В Академию они возвращались на такси. Подзахмелевшая Вера всю дорогу прижималась к Песцову. Ей нравилось исходившее от него тепло. А еще в нем ощущалась сила и какая-то внутренняя уверенность. Внезапно возникшее желание быть рядом с этим странным парнем росло, переходя почти что в физическое влечение. Когда они добрались до общежития, она, попрощавшись, внезапно для себя самой подскочила и, повинуясь безотчетному желанию, чмокнула Олега в губы. Тут же испугалась своей смелости, смутилась, затушевалась и убежала, забыв оставить ему номер своего телефона.
Где-то в Московской Магической Академии
Олег, развалившись на кровати, скорбел о несовершенстве Мира. Что за нафиг? Никто не воспринимает всерьёз, каждый — ну, почти — норовит обжулить, облапошить. Люди, называющие себя взрослыми, считают нормой хамить и оскорблять других. Какие нафиг подростки? Еще пара месяцев, дадут автомат в руки и пошлют Родину защищать. Да и что с того, что подростки? Это не дает права на хамство, так же, как возраст совсем не обязательно прибавляет мудрости. Скорее, та тётка, Оленева, решила, что ей всё можно, всё сойдёт с рук.