— Это который с губой что ли? — Витян кивнул, вспоминая из своих подручных с раздвоенной губой. Того, и правда, из-за этого уродства звали зайцем, так как зубы из-за вздернутой губы постоянно было видно. — Знаю.

Чуть подумав, малек снова спросил:

— А Верку Седло?

Витян в ответ ухмыльнулся. Верку он точно никогда не забудет. Ведь, у этой девахи была такая корма, что руки сами тянулись к ней. Кровь кипела, как хотелось ее оседлать. Вот оттого и прицепилось прозвище «Седло».

— Ну, пошли тогда, — малек, видимо, решив что-то для себя, наконец, махнул рукой. Прошел, значит, проверку. — Старшие там, сам все им и расскажешь.

Витян шел за ним и с интересом поглядывал по сторонам. Больше полугода прошло с тех пор, как он тут был в последний раз. Срок не малый, особенно для трущоб. Тут один прожить не просто, а про месяц и говорить нечего. Все очень быстро менялось.

— Ба! Народ, глядите, кто к нам пожаловал⁈ — едва они свернули в тесный дворик, как раздался удивленный возглас. — Старый⁈

К парню бросилась худенькая фигурка и с силой его облапила. Оказался старый знакомец, пацан с вихрастой рыжей башкой. Улыбался во весь щербатый рот.

— Мы уж думали, ты того… — малек выразительно качнул головой. — Тут такого про тебя говорили, что голова пухнет. Я одному хмырю даже рожу разбил за базар. Старый, ты ведь с нами?

И столько в этом коротком вопросе было все невысказанного, что у Витяна неожиданного для него ком подступил к горлу и в глазах что-то стало мутно. Выходит, его здесь помнили, скучали и ждали.

Витян кивнул, взъерошив мальчишке волосы.

— Ты чего, Леха? Что за вопросы, конечно, свой. Я своих не продаю и не бросаю. Понял? — тот улыбнулся и тоже кивнул. — Старшаки в доме?

Разговор с теми, кто теперь верховодил в скваде, оказался сложный. Старшие тоже оказались молодые да ранние, резкие, не признающие никаких авторитетов. Пришлось поорать друг на друга, помахать револьвером и даже пару раз выстрелить.

— … Я, б…ь, за такие предъявы гланды вырву! Что за пустые слова⁈ Кто-то там чего-то сказал, пустил слух. Да, клал я на них с прибором! — орал с красной рожей Витян, продолжая махать револьвером. — Если есть что предъявить, я слушаю ушами! Ну?

Оба старшака — крепко сбитые парни с бритыми наголо головами — валялись на полу и оторопело вертели головами по сторонам. Похоже, их сильно приложило после выстрелов. В воздухе медленно летала меловая взвесь, похожая на снег. Пол покрыт стеклянными осколками. В потолке зияет огромная дура, а половины стены как не бывало.

— Раз нечего сказать, тогда бывайте, — выразительно махнул револьвером и вышел через дыру во дворе. — Леха, разговор есть.