А пока Прошка Лихач хлопал глазами, Рафи уже оказался у адвокатской конторы.

— Рафаэль Станиславович, вы? — в небольшом, но уютном кабинете, его встретил представительного вида мужчина. Довольно молодой, с аккуратно причесанными русыми волосами и чуть наметившейся бородкой, сразу же подал руку. — Я не ждал вас так быстро. Может быть чашечку чая?

Рафи в нетерпении махнул рукой. Мол, к черту все это, сразу перейдем к делу!

— Понял вас, — одобрительно кивнул стряпчий, тут же кладя руку на небольшую серую папку. Та лежала рядом с десятком похожих на нее, ничем не привлекая к себе внимания. — Я, кажется, разобрался, что произошло. После нашего разговора я сделал пару звонков своим знакомым, чтобы навести кое-какие справки. Вы, пожалуйста, присядьте. Боюсь, известия не очень хорошие.

Опустившись в кресло, Рафи нахмурился. Слышать такие слова от стряпчего, прямо скажем, не очень обнадеживающее начало разговора. Как ему подсказывало чутье, после таких слов обычно говорили такое, что впору было за нож или топор хвататься.

— Итак, Рафаэль Станиславович, вынужден вам сообщить очень неприятные известия. Как мне подсказали из Нотариальной императорской конторы, вы больше не являетесь владельцем тех самых привилегий, о которых мы с вами недавно говорили, — стряпчий снова положил руку на эту папку, словно намекая, что все необходимые доказательства содержатся здесь. — Позвольте задать вам один вопрос, прежде чем я продолжу рассказ?

Парень, скрипнув зубами, кивнул. Ему сейчас было совсем не до вопросов. Ему нужны были ответы, и как можно скорее.

— Подумайте, прежде чем ответить: вы действительно, не продавали свои патенты? Хм… По вашему лицу видно, что ответ отрицательный. Тогда ваша ситуация становится еще более однозначной, — мужчина удовлетворено хмыкнул. Похоже, разговор подтвердил его мнение. — Думаю, хотя даже уверен, ваши привилегии просто напросто продали, воспользовавшись вашим доверием.

Рафи, уже став чернее тучи, понял, к чему вел стряпчий.

— У вас ведь есть партнер, насколько я знаю. И, похоже, вы оформляли на него доверенность. Подождите…

Но парень, резко вскочив с кресла, был уже у двери. Но, схватив ручку, неожиданно обернулся и угрожающе проговорил:

— Ничего пока не делайте! Никуда не звоните по поводу этого дела! Ни с кем ни разговариваете, не пишите никаких писем! Я сказал — никому и ни с кем! — причем повторил это все таким тоном, что совсем не хотелось испытывать его терпение. — Я понятно объяснил?

«Бросив» это, Рафи выбежал на улицу.

Рафи был не просто зол, а пребывал в самом настоящем бешенстве. Его, провели, как самого последнего сопливого пацана! Обвели вокруг пальца, присвоив то, что он по праву считал самым настоящим сокровищем! Патенты на игры, а также производные на них, были даже больше чем сокровищем. Это будущее целой индустрии развлечений! И это все у него запросто отобрали! Причем сделал это не высокородный аристократ, не могущественный чиновник, не сам император, в конце концов! Нет, тысяча раз нет! Не было никаких сомнений в том, что все это устроил тот пройдоха купец Сивоха! Ведь, только у этого гаденыша была доверенность…