— А, чёрт! — кончик ножа соскакивает, и я едва не втыкаю его себе в ладонь.

Так дело не пойдет! Или я сломаю лезвие, или буду возиться здесь до бесконечности.

Беру минутную паузу. Ещё раз изучаю конечность этой твари. Это похоже на то, как решить головоломку. Не может же быть, чтобы не было отправной точки, с которой нужно начать, чтобы разобрать эту руку.

— А если сделать вот так? — думаю я вслух, заметив, что одна из тяг идёт от самых пальцев и идёт до плеча. — Если её обрезать, то конструкция получит слабину, и я получу доступ к узлу сгибания и разгибая конечности.

Для вас всё это звучит так, будто я вожусь с механическим предметом, на самом же деле мне приходится резать, и затем копаться в плоти, из которой капает чёрная кровь, сочится слизь, вокруг стоит тяжелое зловоние, а под ногами хлюпает и чавкает грязь.

Я тороплюсь.

Так, так и ещё вот так.

Сюда, а потом туда.

Тяга тонко дзинькает и лопается под напором лезвия ножа, который я использую, как пилу.

Конечность резко обмякает, я дёргаю за шип, и чуть его проворачиваю против часовой стрелки, освобождая из зацепления с костями, а затем запускаю пятерню в мясо и достаю этот стержень.

Кручу его в руках, оттираю от крови и смотрю, полый ли он.

Полый!

Реально — это — трубка. Только не такая, как обычно, из металла, а словно выращенная, чуть неровная, с узловатой поверхностью. Кость, да не кость. Непонятный для меня материал, но биологического типа.

Примеряю к ней зубы из обоймы. Выщелкиваю один и пытаюсь вставить в ствол.

Не идёт зараза! Хотя, вроде бы и должен, но не лезет. Ни так, ни эдак.

Я уже думаю оставить эту затею и двигаться дальше по туннелю, но, что-то меня останавливает. Слишком много совпадений, а пистолет мне нужен, как воздух.

Размышляю дальше:

«В это мире всё — живое, — думаю я, — броня, туннель. Всё друг друга жрёт. Из любого существа можно извлечь питательную жидкость, которая здесь, вроде, как топливо. Я же подхожу к сборке пистолета со своей колокольни, как к механическому предмету, где двигаются подвижные элементы, а нужно себе представить, что это — часть меня — моё продолжение, как рука или нога, внутренние органы, и оно хочет жить! Значит, нужно его запитать, подключить к себе и, тогда, есть шанс, что он подстроится под своего нового хозяина, как паразит, типа моего экзоскелета».

Сказано — сделано!

Чтобы проверить мою идею, для начала, нужно полностью собрать пистолет. Чем я сейчас и занимаюсь.

Разбираю существо дальше, больше действуя по наитию, чем по здравому смыслу.

Глаза смотрят, а руки делают. Причём, руки действуют будто сами по себе, словно мной, кто-то управляет на расстоянии, или же я уже делал это раньше и сейчас активировался один из скрытых блоков моей памяти, что-то на подсознательном уровне.