Сдаваться нельзя!

Не сейчас!

Три!

Я углубляюсь в Свалку. Ползу и хриплю, надрывно, с клокотанием в горле.

Ещё десять метров.

Двадцать.

Тридцать!

Симбионт на моей спине точно впал в спячку, или же сдох, не выдержав пытки огнём. Я его просто не чувствую, а тупо тащу этот горб на спине. Дополнительные несколько килограммов, которые могут стоить мне жизни.

Пятьдесят метров.

Свалка будто сама на меня надвигается, и я могу только надеяться, что сейчас на меня не напрыгнет новая тварь. Сил, чтобы справится даже с крысой, у меня совсем не осталось.

Передо мной, в тумане, маячат какие-то непонятные конструкции — механизмы — машины былой цивилизации.

Я не могу разобрать, что именно. Что из них может быть биопринтерами, а что нет? Да хрен его знает. Я даже не знаю, на что они могут быть похожи. Типа нашего 3Д-принтера, какие используют для печати всяких разных поделок из пластика, или деталей оборудования?

Всё может быть. Абсолютно всё!

Я проползаю ещё несколько метров. Грязь приятно холодит моё измученное тело.

На меня надвигаются гигантские машины. Уродливые в своих формах. Собранные из мешанины металла, плоти и трубопроводов, так похожих на вены и пищеводы.

Я замираю, не зная, куда мне ползти дальше. Я стою на распутье, но только здесь нет трёх дорог, как перед витязем.

Как там говорится: «Направо пойдёшь — коня потеряешь, себя спасёшь. Налево пойдёшь — себя потеряешь, коня спасёшь. Прямо пойдёшь — и себя и коня потеряешь».

Только здесь нет дорог и у меня нет коня. Есть лишь только я сам у себя, и больше никого, кроме тварей этого мира.

В этот момент на меня накатывает невероятная слабость. Глаза, сами собой, закрываются. Нет сил, чтобы даже поднять руку. И я, перед тем, как потерять сознание, опять слышу этот заунывный плач:

Ууу…ла… Ууу…ла… Ууу…ла…

«Вот же, млять, — думаю я, — значит, всё было зря. Сейчас на меня выползет очередной монстр и мне — пипец».

Странно, но мне — пофиг. Так тому и быть… И я скольжу в объятия своей смерти.

Движение. Я ощущаю движение.

«Значит, я не умер?»

Небольшой рывок за ногу.

Остановка.

Снова рывок, только на это раз сильнее.

Меня явно тащат по грязи.

«Кто это? — думаю я. — Это происходит на самом деле, или же это — лишь моя фантазия?»

Рывок!

Остановка.

Я слышу шепот.

Мерзкий. Отвратительный. Если бы крысы могли разговаривать, то они бы издавали именно такие звуки. Низкое шипение, в котором едва угадывается осмысленная речь.

Это окончательно приводит меня в чувство, и я разлепляю глаза, изрядно забитые грязью.

Зрение ко мне вернулись лишь частично, но этого достаточно, чтобы увидеть, что меня, полностью связанного, как на аркане, тащат, какие-то существа.