Я стискиваю рукоятку дробовика и делаю следующий шаг по туннелю.
Мои усталость и пофигизм смыло на раз. Я, внутренне, собрался. Приготовился к схватке. Шаг стал короче. Пружинистым, а все чувства обострились по максимуму.
Пять метров. Десять метров. Двадцать метров.
Остановка.
Прислушиваюсь к звукам туннеля. Он молчит. Но эта тишина гнетущая, мёртвая, как в гробу.
Я уже начинаю думать, что все звуки мне показались, как, неожиданно, впереди раздаётся крик. Нечеловеческий. Гортанный. Первобытный. Как вопль из преисподней.
Это меня не останавливает. Туннель хочет меня напугать, но я-то уже пуганный!
— Продвигаемся! — шепотом говорю я Пауку. — Как только я скажу, передаёшь мне огнемёт!
И я делаю шаг вперёд, целясь во тьму из дробовика. Он стал продолжением моих рук, а ствол смотрит чёрным зрачком дула в бездну.
Биомех идёт рядом и едва заметно светится.
Зелёные неоновые отблески бегут по стенкам туннеля, как живые существа. Тени пляшут, как черти, преломляются, исчезают и вновь появляются, чтобы вскоре высветить нечто, чего я ещё никогда не видел в Сотканном мире.
И это…
И это… не имеет ничего общего с теми тварями, которые, до сих пор, попадались мне на пути.
ОНО — вообще не существо в привычном для меня понимании.
Я вижу биологическую конструкцию. Сборку. Конструкта — зловещее порождение чуждого мне разума.
Представьте себе, что-то наподобие инопланетного паука, осы, богомола, скорпиона, некого морского создания, типа краба или креветки на максималках, и, нечто древнее, злобное и механическое, только размером больше человека.
Всех этих насекомых и чудовищ разорвали на части, а потом собрали из этой мешанины лап, клешней, туловищ и хитиновых панцирей новую форму жизни.
Тварь занимает собой почти весь туннель. Она висит под сводом враскорячку, упираясь тонкими сегментированными конечностями с шипами в стенки прохода.
Голова с четырьмя жвалами с серповидными челюстями находится снизу. У неё вытянутый назад череп, с чем-то похожим на поднятое забрало на шарнире в виде изогнутой костяной пластины, как у шлема.
Фасеточные глаза. Брюшко и хвост с длинным жалом, похожим на лезвие рапиры, находится сверху.
Существо чудовищно деформировано, будто его били и плющили молотом, а все его части соединены друг с другом сильно заржавевшими металлическими шарнирами.
Я стою на месте. Не двигаюсь. Присматриваюсь к монстру. Не могу понять, оно живое или мёртвое?
Тварь не шевелится. До неё несколько метров. Сумрак придаёт существу дополнительный объём, словно оно является частью тьмы и её продолжением.