Хоп!

Вот она — стена!

Вблизи она кажется намного больше, чем издалека. Настоящее циклопическое сооружение. И она — реально — нереальная.

Эта хрень, будто выросла из самой плоти Сотканного мира, или же вросла в неё тысячи лет назад, как скала, которая упала сверху и пробила поверхностью этого проклятого места.

Я бегу вдоль стены, перепрыгивая через, что-то, что мне напоминает корни или нервную систему, такие узловатые ответвления, которые уходят внутрь жижи.

Только бы не упасть!

Я, чуть, поворачиваю голову. Краем глаза замечаю, что твари, идущие за мной, значительно сократили расстояние и уже меня нагоняют. И это расстояние всё сокращается и сокращается. Будто они меня почуяли, взяли след, решили больше не играть, и, теперь, намерены действительно меня сожрать. Распустить на химические элементы, чтобы впитать их прямо из воздуха.

Интересно, как они это делают? Разрывают свою жертву или, как-то раскидывают её на куски.

Странные мысли для человека, которые бежит по лезвию бритвы, на волосок от смерти.

Я перепрыгиваю, а затем уже перелезаю через толстенный корень. Добегаю до прохода. Отдаю огнемёт Пауку. Подпрыгиваю. Хватаюсь за ребристый край. Подтягиваюсь. Вставляю носок правой ноги в углубление. Пятку левой опираю на выступ, похожий на нарост на кости, и так, как паук, быстро-быстро перебираю руками, я, вместе с биомехом, карабкаюсь вверх, в проход, размеры которого тоже меня впечатляют. Метров десять в самой высокой точке, не меньше!

Хоп!

Я попадаю в проём. Место стрёмное и, абсолютно чужеродное.

Под ногами твёрдая поверхность. Окаменевшая, похожая на древнюю ископаемую кость, как у динозавров, вся изрезанная глубокими бороздами и покрытая хаотичной сеткой, напоминающей мне туго переплетённую паутину.

Нет времени осматриваться!

Я бегу дальше, вглубь этого проёма, конца которому не видно. Значит, он не сквозной, а проходит, как петляющая кишка вдоль стены, похожей на швейцарский сыр, весь изъеденный проходами и проёмами, как червями.

Бегу, не оборачиваясь. Я уже, каким-то шестым чувством ощущаю, как твари преследуют меня. Не отстают, будто у меня на затылке есть глаза.

Адский забег! В котором ты — корм, и тебя преследуют настоящие хищники этого мира.

Поворот. Проход расширяется. Становится похож на пещеру, и, только сейчас до меня доходит, что я, каким-то образом, могу здесь видеть. Тьмы нет, только сумрак, словно стены, пол и потолок этого прохода едва заметно светится призрачным светом, как газ на болотах.

Ещё один поворот. Я ускоряюсь. Стараюсь не упасть, зацепившись носком за очередной выступ.