Хотя внутренне я понимал, что масштабы несопоставимы. Донести Семя, которое даст жизнь новому Древу… или просто местечковая битва между богами. Но никто со мной не советовался, и сейчас моя задача была мелочна и проста как никогда — накостылять заносчивому знахарю.

Обычному броссу Малушу эта задача очень нравилась…

— Я сотру эту улыбку с твоего лица, — Волху явно надоело моё счастливое молчание, — Если Бездна что-то делает, значит, на это есть свои причины. Кто мы, чтобы осуждать решения Бездны?

— Ты — никто. А я — бросс Малуш…

Гримаса ярости исказила лицо Волха. От хладнокровия Первого не осталось и следа…

— Тогда ты просто сгоришь, — и он, подняв руку, выпустил из ладони огненные струи.

Они не устремились ко мне, нет. Струи словно распылились, вливаясь в Тёмную Ауру, окружающую нас, и она вдруг загорелась. Выглядело это так, будто я просто погрузился в стихию огня — мир вокруг пылал, и в этом адском огне были только я и Волх.

Точнее, невозмутимый я, и удивлённый Волх. Потому что огонь не пожирал меня, не обгладывал мои обугленные кости, не сжигал мою кипящую плоть… Или что там ожидал увидеть знахарь?

В любом случае, он не думал, что я так и буду стоять со скучающим видом.

— Ты… Ты-ы-ы… — Волх опустил руку, и Тьма перестала гореть. Лишь воздух наполнился невыносимой гарью.

Знахарь даже не понял, что меня окутало едва заметное «огненное яйцо». Я до такой степени освоился в трансформации этого заклинания, что теперь мог спокойно повторять контуры собственного тела.

И на это я практически не потратил сил… А зачем, если вокруг столько халявного огня, подаренного глупым знахарем? Если его Тёмная Аура сама же распалила и мою кровь, даруя ещё и бросскую невосприимчивость.

Это он тратит свой Тёмный источник, пережигая его, а я использую бросскую выносливость и вдобавок настоящую стихию огня.

— Ну ты как, освоился в этом мире, Первый? — устало спросил я и задумчиво глянул на свои ногти. Огненная пелена, окружающая мою кожу, была едва заметна.

— Но как… Я сам замерял силу этого огня! Горящая Тьма в десятки раз жарче обычного огня!

— Даже так? — я искренне удивился, — Вот же я вестник тугодумия, не знал о такой мелочи… Может, оно и лучше, что не знал?

Я сделал шаг вперёд. Губитель в моей руке тоже полыхал Тьмой, но особенной. Эта Тьма не была связана с Бездной — она была намного древнее и управлялась только Хмороком. Ну, а раз я наделён его полномочиями, то и мной тоже.

Волх снова допустил ошибку. В этот раз, воздев посох, он вызвал на его навершии пучок Тьмы. Та окутала вставленное в древко лезвие, словно срастаясь с ним, а затем знахарь снова добавил бросского огня.