— Хорошо, хоть боеприпасы привезли, — майор выплюнул окурок, махнул рукой и отошел.

В самолете Олега снова растрясло, очнулся он уже на госпитальной койке. Грудь укрывали бинты. «Прооперировали» — догадался Олег. Подошедший осмотреть его хирург это подтвердил.

— Повезло тебе, танкист! — сказал, убирая стетоскоп. — Пуля была на излете, воткнулась в легкое и осталась в нем, закупорив рану. Если б на вылет, то внутреннее кровотечение — и все!

«Надолго ли хватит, этого везения?» — мысли после операции были мутными, тяжелыми.

— Возьмешь на память?

На ладони хирурга лежала почерневшая, остроносая пуля. Олег покачал головой.

— Ну и правильно, — одобрил врач. — Нечего хлам собирать.

Сегодня ожидались гости. Это стало ясным с утра. Набежали медсестры и санитарки, его соседей по палате куду-то увезли, опустевшие койки застелили свежим бельем, самого Олега помыли, побрили и переодели в новенькую пижаму. Одна из медсестер долго и старательно причесывала его мокрые волосы. Сестричка была симпатичной, Олег ей подмигнул, та радостно заулыбалась в ответ. Затем, оглянувшись, склонилась, коснувшись мягкой грудью его бинтов, и провела ладошкой по его щеке.

— У вас тут крошки.

А у самой глаза лучатся смехом.

«Гляди ты! — удивился Олег. — Еще могу на девушек впечатление произвести».

Он попробовал приподняться и зашелся в кашле. Грудь словно сдавило стальным обручом. Девушка деловито промокнула губы, на которых выступила кровавая слюна, и поправила подушку.

— Лежи, герой!

Она поправила ему растрепавшуюся челку и выпорхнула из палаты. Позже, оставшись в одиночестве, Олег сообразил, что внезапное расположение медсестры как-то связано с предстоящим визитом. Собравшийся посетить его гость был фигурой не маленькой, и отсвет его величия пал на лейтенанта. Кто, интересно, пожалует? Не Сталин же, ясен пень. Что вождю до такой козявки? Командующий фронтом к простому лейтенанту тоже не поедет. Скорее всего, кто-то из партийных бонз, возможно из тех, чьи портреты носят на праздничных демонстрациях. Пожать руку герою-танкисту, толкнуть патриотическую речь… Если так, то засада. Советских бонз в лицо он не знает, а современнику положено к ним по имени-отчеству. Как обращаться? Прикинуться контуженным? Неловко…

В коридоре послышались шаги, и дверь в палату стремительно распахнулась. Вошедший в нее грузный военный был одет в китель защитного цвета, на черных петлицах алели ромбы.

«Генерал! — сообразил Олег. — Кто?»

Следом за генералом в палату ввалились люди в форме и в штатском с блокнотами и фотоаппаратами в руках. За ними — уже знакомый Олегу врач в сопровождении медсестер. Палата мгновенно заполнилась людьми. Они взяли койку с Олегом в кольцо, фотографы подняли свои камеры.