Впрочем, насчет ночевки он, наверное, поторопился. С момента, как они покинули город, прошло самое большее — часа три, из которых половину времени он ехал один, подгоняемый собственным страхом. Значит, не так уж и далеко от города он отъехал. С другой стороны, оценивая время пути, князь вряд ли подразумевал галоп и сидящих на хвосте преследователей.

Опустив голову, чтобы капюшон лучше прикрывал лицо и в него не летели капли дождя, архонт увидел белые нити, похожие на паутину, оплетающие корни. С этой погоней у него не было времени, чтобы рассмотреть деревья тита, с которого лисады вроде как собирают волокно для ткани. Не с самого дерева, а с насекомых, живущих в корнях. И действительно корни тита напоминали хаотично сплетенный пучок лозы, наполовину выпирающий из земли. И почти все корневища были оплетены этой белой паутиной, не слишком густо, но весьма заметно. Самих насекомых архонт не видел, но это было не обязательно. Если бы не ситуация, в которой он находился, было бы любопытно узнать об этом побольше. Например — зачем насекомые оплетают корни деревьев? Являются они симбиозом или паразитами? А если это симбиоз — что они дают дереву? Делаин немного разочарованно вздохнул, ведь вокруг него находился целый неизведанный мир, полный маленьких любопытных загадок. Вот только положение, в котором находился чемпион, не располагало к изучению этого мира. Еще некоторое время он рассматривал сплетения корней, отмечая, что насекомые устроились не под каждым деревом, а далеко не везде паутины наплетено достаточно, чтобы ее вообще можно было собрать. Хотя, что он знает о том, как и когда собирать эту паутину?

Чтобы отвлечься от посторонних мыслей и сосредоточиться на том, что происходит вокруг, Делаин скинул капюшон и огляделся. Волосы тут же промокли, и вода начала стекать по шее вниз, под одежду. Неприятно, но так он мог хоть что-то услышать, тогда как в капюшоне не слышал ничего, кроме шелеста капель по ткани. Однако вокруг никого не было.

Впереди снова показался просвет, едва различимый из-за дождя. Архонт поморщился, пытаясь представить, по какому замыслу были высажены деревья, а главное — по какой странной логике были проложены дороги. Пусть у него и вызывал некоторое восхищение сам этот лес. Ровно высадить такое количество деревьев — это огромный труд. А ведь он проехал не меньше десятка километров, что означала — титовые поля имеют впечатляющие масштабы. Он не знал, сколько волокна получают с каждого дерева, или с определенной площади, но… Раз лисады развели такой лес, значит — получаемый материал они куда-то используют. Но куда? Снова вопросы, на которые не было ответов.