Ночная степь не располагала к прогулкам. Легкий прохладный ветерок казался нестерпимо холодным, отчего Калахар пообещал себе разжиться более теплой одеждой. Ему неожиданно стала понятна одежда Рекс: меховая накидка и меховая же юбка наверняка хорошо защищали от ночного холода, да и днем, наверное, дискомфорта не вызывали, раз все это носится постоянно.

— Сюда, — рабыня указала на пролом в стене.

Он остановился, с нескрываемым скепсисом глядя во тьму пролома.

— А может лучше у костра? Там теплее… Да и ноги не переломаешь, переступая через камни.

В проломе показалась фигура в плаще с капюшоном.

— Не лучше, архонт, — ответила ему Эрджел. — Мне не стоит мельтешить перед глазами расхатов.

Калахар удивился ее появлению, но кивнул и вошел в темноту разрушенного здания. Ступать приходилось аккуратно, чтобы не наступить на разбросанные по полу обломки стены. А пока он забирался внутрь, Эрджел попрощалась с Кехтой:

— Спасибо тебе. Князья не забудут твоей помощи. Обещаю.

Рабыня поклонилась:

— Я молю, чтобы чемпион спас нас всех.

Девушка поспешила вернуться к своему месту, умудряясь передвигаться почти бесшумно, и это с босыми ногами. Проводив ее взглядом, архонт сосредоточил внимание на Эрджел.

— Полагаю, ты намерено оставила меня… расхатам, — еще раз зевнув, предположил Калахар, — чтобы вернуться ночью.

Она не стала этого отрицать:

— Да. Я знала, что они не причинят тебе вреда, — тихо согласилась Эрджел, и, выдержав паузу, попросила. — Не злись на меня за это.

Архонт кивнул:

— Да, я знаю, что они не могут меня просто убить, — он снова непроизвольно зевнул. — Ну как? У тебя есть план побега, или будешь придумывать на ходу?

Она качнула головой, что, наверное, было кивком.

— Тайры хорошо видят в темноте, но становятся неуклюжими в сумерках. Я проникла сюда на закате. А на рассвете мы с тобой уйдем. Расхаты не увидят нас, если мы пойдем навстречу солнцу. И даже если увидят — не смогут быстро броситься в погоню.

Калахар, вспомнив свой первый опыт верховой езды, засомневался:

— Мы сами-то сможем навстречу солнцу ехать? Я самостоятельно и в седле-то с трудом держусь.

Эрджел поспешила его успокоить:

— Мой мальчик сильный, повезет нас обоих. Нам нужно только дождаться рассвета.

Под своим мальчиком она, вероятно, подразумевала оленя, возможно — более крупного, чем собратья. Что же, это можно было считать планом. Но архонт вспомнил об одной важной детали, точнее о пленниках:

— А сколько у нас времени?

Девушка выглянула в проем и посмотрела на небо, а Калахар повторил за ней. Почти над самым горизонтом висела луна, алая и расколотая на части, и только звезды казались знакомыми. Но это небо не его мира, и это не его мир.