Вслух я свое сомнение не выразил, но это не значит, что его не было. Княгиня ненавидела мою мать настолько, что не погнушалась ее лично убить. Она могла перенести на меня ненависть, при этом ограничение от тети Аллы наверняка уже снято, потому что Владик больше мою силу сосать не сможет. Кроме того, в свете открытой информации от Живетьевых сейчас я представляю опасность уже для сына Шелагиной. На этом фоне скандал с лоббируемыми ею Шмаковыми выглядит совсем уж мелочевкой, хотя и добавляет что-то к ее претензиям ко мне. Поэтому она пытается уронить мою репутацию, но роняет в первую очередь свою.

Собственно, я даже не удивился, когда результат моего следующего боя опять озвучивала княгиня, хотя на предыдущих поединках ее не было слышно. И опять победу присудили моему противнику. Хотелось плюнуть и уйти с этого представления, но, возможно, она добивалась именно этого?

Вернулся расстроенный Богданов.

— Почему-то записей твоих боев ни одной нет, — заявил он. — Сбой какой-то. Начало есть — и все.

Я глянул на камеры, направленные на площадку, сейчас они все работали. Но во время поединка, разумеется, я их и не отслеживал, хотя мог.

— Я просил дядю снимать на телефон.

— Я записывал твой бой, — вмешался Темников. — Могу сбросить кому-нибудь, но с условием, чтобы наша фамилия нигде не прозвучала, иначе отец с меня голову снимет.

Дядю, которому бояться было уже нечего, я не заметил, пришлось соглашаться на помощь Темникова на обговоренных им условиях. Он переслал видео мне, а я — тренеру. Как только Богданов отправился к жюри, в зале появились Шелагин-младший и Греков. Первый пошел на галерею, а Греков отправился к нам.

— Что у вас тут происходит, Илья? Олег Васильевич звонил, возмущался.

— Княгиня, — коротко пояснил я.

— Что княгиня?

— Вмешивается в судейство в пользу моих соперников.

— Да она не вмешивается, а присуждает победу противнику Ильи, — экспрессивно возмутилась Дашка. — Еще и видео волшебным образом пропадают с боев с местных камер. Но у нас есть свое. Так что, если ничего не сделаете, мы выложим в сеть с комментариями.

— Не волнуйтесь, Дарья, сделаем, — ответом Греков заодно показал, что знает мое окружение. — Александр Павлович как раз пошел разбираться. Илья, я хотел бы переговорить с тобой без свидетелей.

— Подкупать будут, — непримиримо проворчала Дашка. — Не соглашайся, Илья. Они тебе и без того уже задолжали.

С Грековым мы отошли не столь далеко, просто чтобы не зацепить сферой от прослушивания посторонних любопытствующих. После установки защиты он сказал:

— Вы должны были еще вчера позвонить, когда все это началось.