Мария сначала отдёрнула руку, обломав себе кайф, потом вернула на место и больше не противилась прикосновениям. Чуть напряглась, когда я наклонился и поцеловал тыльную сторону ладони.
— Валерик! Что ты делаешь⁈
— Хочу сказать спасибо тебе за всё. Без тебя я в этом мире совершенно один.
Подробности опущу. Примерно через минуту мои губы коснулись её шеи чуть ниже ушка. Когда добрался до губ, свободной рукой отодвинул табурет с бутербродами и чаем, чтоб не опрокинуть во время апофеоза. Контролировал себя с огромным трудом, мужское естество, не познавшее пока женского тела, едва не сорвало пуговицы на школьных брюках.
Когда расстегнул впереди и распахнул её платье, освободив грудки из бюстгальтера, процесс окончательно принял необратимый характер.
Старался изо всех сил и умений. Сдерживался, чтоб не финишировать в первую же минуту, дождался, когда Маша зажала себе рот краем одеяла, сдерживая крик оргазма. И тогда выскочил в последний миг, запачкав ей бедро.
— Ты даже это знаешь… — промолвила моя фея, когда обрела дар речи. — Но откуда⁈ Тебе же всего четырнадцать! — до неё самой, наконец, дошёл кошмар происшедшего. — Всего лишь четырнадцать! Что я наделала…
Я деликатно коснулся её губ своими.
— Отвечаю по пунктам. Как спортсмен регулярно езжу в спортлагерь, где, прости, и набрался опыта от гимнасток. Не обижайся, ты же тоже не девственница. Не волнуйся, нас регулярно проверяют, никакой гадости от меня не подцепишь. Ну а твоя беременность нам ни к чему.
Она резко встала на постели и запахнула расстёгнутое сверху донизу школьное платье. Колготки и трусики валялись рядом с койкой. Я остался нагишом, зная, что худое, жилистое и накачанное тело спортсмена, хоть и подростка, выглядит неплохо.
— Уходи! Забирай книжки и уходи.
Так легко от меня не отделаешься!
— Дорогая, ты же не прогонишь недоудовлетворённого мужчину? Сколько лет на тебя смотрю, думаешь, одного раза достаточно.
И снова взял её за руку.
— Меня в тюрьму посадят за растление малолетнего! И с работы попрут.
Руку пробовала освободить, но тут уж я не позволил.
— Не посадят, потому что мы никому не скажем, хорошо? Никакой статьи ты не нарушила, запрещён секс лишь с лицом, не достигшим половой зрелости, — тут я был немного подкован и говорил уверенно. — Сама знаешь, с половой зрелостью у меня всё путём. Ну давай ещё разок, а? Один раз или два — уже не столь существенно.
Через пару минут цитадель сдалась. Более того, моя прекрасная леди вытащила из тумбочки презерватив в бумажной упаковке и бросила мне.
— Надевай. Не порть себе удовольствие и заканчивай как природа велит.