— Ничуть ты не мал. Словно взрослый в подростковом теле. Да и выглядишь куда старше своих четырнадцати. Если бы не школьная форма, сошёл бы за студента-первокурсника. Только ростом невелик. А что касается Диккенса, ты абсолютно прав. Занудное чтиво, не верила, что ты его осилишь.
— Но вы же сказали: последняя книжка… Я успел привыкнуть. Правда. Вот эти разговоры с вами. Маленькие секреты, в которые больше никого не посвящал.
— Точно — никого?
— Мне очень просто хранить тайны. Родители мне как чужие. В классе ни с кем не дружу. А с пацанами в спорте говорю только о спорте. Если честно, вот эти минуты откровенного общения — для меня как глоток воздуха. После него месяц не чувствую себя одиноким.
Она усмехнулась и потрепала меня пальцами по коротко стриженым волосам над ухом. От лёгкого прикосновения словно током прошибло.
— Ладно… Пара книжек на английском есть ещё. Не знаю, имею ли право тебе дать их…
— С картинками?
— Конечно — нет!
— Тогда в чём риск? Никто вокруг не знает толком иностранных языков. Принесите! А когда я начну ездить на международные соревнования, обязательно что-нибудь вам тоже привезу.
— Книжки? Обычно из-за бугра везут иное. Ладно. Проводи меня. Что-нибудь выберем.
Через десять минут мы шли рядом по переулку Одоевского к её общежитию, болтали о пустяках. Хотя раньше касались серьёзных тем. Мария Васильевна была в курсе моих недоразумений с предками, я услышал, правда, без интимных подробностей, о её романе с немолодым и женатым высокопоставленным чиновником, обеспечившим и распределение в Минск, и отдельную комнату в общежитии. Свою квартиру тоже как-нибудь дадут через городской отдел образования… лет через двадцать.
Вот почему она одета не на зарплату учителя. Импортные красные сапожки и пальто с воротником из натурального меха наверняка вызывают злость школьных мегер, не способных позволить себе подобное.
По случаю дневного времени мы проскочили через бабку-вахтёршу без въедливых вопросов «а хто это», неизбежных, если бы молодые дамочки вели к себе в комнаты посетителей на ночь глядя.
Жила Мария Васильевна обособленно, скромно, чисто. Я подумал, что встречается она со своим ухажёром-спонсором точно не здесь. Как минимум, в комнатке нет душа с санузлом. Если в юном возрасте для секса хороша любая обстановка, солидный мужчина постесняется бегать в туалет по общему коридору, тем паче в этом корпусе они почти наверняка только женские.
Чёрт побери… Пришёл за книжкой, за духовной пищей. А мыслишки сплошь плотские. Да и какие иначе возникнут при взгляде на миниатюрную красотку с короткой причёской а-ля Мирей Матьё? Незамужнюю и открыто признающуюся в связи с пожилым… Грешница!