Глава 8
Страница 74 из 153
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 8

Страница 74

Он прижал палец к губам, потом покрутил у виска. Мальчик из хорошей семьи, папа — бухгалтер в торге, мама — гинеколог, сестра на скрипочке играет, Моисей был воспитан в строгом духе советского еврейского катехизиса, где первые три страницы исписаны только одним: «Не…зди о политике!» Глагол на букву «пи».

А меня под локоть схватила мама тела, испортив праздник.

Глава 8

8

О роли телевизоров «Горизонт» в единоборствах

О, ни слова упрёка! Родительница рассыпалась в похвалах. Не удержалась, вставив реплику о «жестокости» бокса, но тут же добавила, что гордится мной. Провожала к дому бабушки-дедушки через парк, помогая нести призовой кубок.

Через минут пять, под лишёнными листьев старыми липами, посаженными, наверно, не то что до войны — до революции, она перешла к основному. Я молчал, не мешая заранее расписанному сценарию спича.

— Ты должен помириться с папой.

— Он на меня напал первым. Ты первая затеяла и спровоцировала конфликт, пытаясь запретить бокс. Это вы должны со мной мириться, если захотите, а не я.

Дипломат из меня такой себе. Я не Киссинджер и не Громыко. Тем более статус-кво на какое-то время предпочтительнее.

— Папа ещё дуется… Он считает тебя несмышлёнышем, которому вправе отвешивать подзатыльники, а ты можешь только благодарить за науку.

— Мне возвращаться на Одоевского за подзатыльниками? Благодарю покорно. Тем более, ты в детстве лупила меня гораздо чаще. Вы лимит свой выбрали. Хватит.

Мама тела начала сердиться, коль я второй раз подряд упомянул её собственные грехи, ей тщательно забытые. Не знает, что за чертой Вечности они учтены и выльются в загробные муки. Родителям нельзя бить детей, даже если очень хочется.

— Но ты же не можешь жить на Войсковом вечно!

— За этот кубок я точно получу место в интернате. Дай сюда, сам понесу.

Меня больше волновало, проболтался ли ей брат, что еду в Москву на соревы. Вдруг упрётся: не пущу, и всё тут. Родитель формально имеет право запретить. Паспорта у меня нет, свидетельство о рождении, единственный документ советского ребёнка, пусть без фото, я прихватил, съезжая с квартиры. Но достаточно стукануть в милицию на вокзале, и — «Моска, гуд бай».

Пронесло. Она проводила меня до калитки в бабушкин дворик, дальше не пошла. Повторила дядкин наказ: попроси у папы прощения, даже если ты не виноват.

— Добавь ещё: ты старше и умнее, не держи зла на глупенького несмышлёныша Женю. Ма, порой я себя чувствую и правда на две тысячи лет старше этого… профессора КПСС.

Тут мы оба засмеялись. Мама тела больше не скрывала, что относится к коммунистической пропаганде, мягко говоря, с сарказмом. Оттого имеет интеллектуальные преимущества перед свято верящими в преимущества хозрасчёта. Её супруг на фоне мании величия от приближающегося профессорства буквально на глазах поглупел, в результате поплыл, словно стукнутый в голову боксёр. Столь частое повторение с лекционной трибуны лозунгов о судьбоносности решений очередного партсъезда начало исподволь влиять на его взгляды, он бросил слушать «голоса» и перестал веселиться от анекдотов про Ленина и Брежнева. Словом, если вспомнить деление коммунистов на карьеристов и идиотов, переполз во вторую категорию.

назадназад
1 ... 72 73 74 75 76 ... 153
впередвперед