— Надюша идёт на поправку, — ответил я, глядя в окно. — Врачи довольны результатами. Скоро выпишут.

Лицо Николая просветлело. Плечи расправились, исчезло напряжение в посадке. Он кивнул, не отрывая взгляда от дороги.

— Спасибо вам, господин. За всё.

Мы проехали мимо блокпоста. Жандармы проверяли документы у каждой машины. Очередь растянулась на два квартала. Но нас пропустили без задержки.

— Много патрулей, — заметил Василий, поворачиваясь ко мне. — Больше, чем обычно.

— Обстановка накаляется, — кивнул я.

За окном проплывали знакомые виды. Особняки аристократов, правительственные здания, парки под снегом. Но всё выглядело по-другому. Окна многих особняков были заколочены досками. На перекрёстках стояли бронемашины. Город готовился к осаде.

— Господин, — Коля снова глянул в зеркало, — а что будет после? Когда всё закончится?

Хороший вопрос. Я и сам не знал ответа. Слишком много переменных, слишком много игроков на доске. Бестужев, Огонь-Догановский, тайные силы, стоящие за порталами… И я посередине, собирающий осколки прежнего величия.

— Увидим, — сказал просто.

Машина свернула на проспект. Здесь было тише. Особняки купцов и чиновников среднего звена дремали за высокими заборами. Лишь изредка мелькали дворники, убиравшие снег с тротуаров.

— Приехали, — объявил Коля, останавливаясь у массивных ворот.

Палата оружейников возвышалась перед нами серым монолитом. Четыре этажа барокко, украшенные военной символикой. Над главным входом красовался герб Империи — двуглавый орёл с мечом и щитом в когтях.

Охрана у ворот палаты проверила документы с педантичной тщательностью. Часовой в парадной форме изучал приглашение под лупой, сверяя водяные знаки. Его напарник обошёл машину кругом, заглянул под капот. Только после этого массивные створки медленно разъехались.

— Ждать здесь? — уточнил Василий, глядя на внутренний двор.

— Да. Если что — я вызову.

Я вышел из машины, поправил галстук. Гравий хрустнул под подошвами начищенных ботинок. Воздух пах металлом и машинным маслом — где-то работали кузницы. Из труб административного корпуса поднимался белый дым.

Главный вход встретил меня двумя гвардейцами с алебардами. Церемониальное оружие блестело на зимнем солнце. Один из стражей открыл тяжёлую дубовую дверь, украшенную бронзовыми накладками в виде скрещённых мечей.

Холл поразил размахом. Мраморные колонны поддерживали расписной потолок. На стенах висели портреты знаменитых оружейников прошлого. Их строгие лица взирали на посетителей с высоты столетий. В центре красовался бюст основателя палаты — графа Шувалова.